— Он говорил только хорошее? Наверное, тогда он выпил немного больше, чем обычно, — беспечно отмахнулся Росс.

— Вовсе нет. И человек имеет право быть любопытным.

— Может быть, вы немного сдержите свое любопытство и не забудете отпустить мою руку, — улыбнулся Росс.

Селемина отпустила его руку, смущенно прикусив губу.

Гурион прочистил горло.

— Инквизитор Селемина лишь недавно получила свое звание. Я не сомневаюсь в ее способностях, но мне бы не хотелось посылать ее на Кантику расследовать это дело в одиночку. Я хочу, чтобы с ней отправился кто-то более опытный, ибо мы не можем позволить себе рисковать. Она будет твоим помощником.

— Погодите, сэр. Я еще не согласился на это, — сказал Росс.

Гурион, явно удрученный, не говоря ни слова, подошел к клавесину и стал рассматривать карту. В оранжевом свете фонарей его лицо казалось усталым и измученным. Это было лицо прямых линий и  углов, казалось, что его выступы спрямлены сильными ударами. Росс знал, что лорд Гурион прошел через многое и получил немало шрамов за две сотни лет службы Императору. И все-таки Росс никогда не видел, чтобы его старший коллега испытывал такой мучительный, едва сдерживаемый страх.

— Сегодня ночью будет военный совет. Ты придешь. Сейчас, когда ты знаешь то, что знаю я, я верю, что ты примешь правильное решение. Я бы не вызвал тебя сюда, если бы сомневался, — убежденно сказал Гурион.

ГЛАВА 2

ПЛЕНАРНЫЙ Совет был органом с неограниченными полномочиями по руководству военной кампанией в Мирах Медины.

На нем присутствовали высшие офицеры Имперской Гвардии и Флота, представители военного командования от соседних регионов, и, конечно, инквизиторы. Среди присутствующих была заметна даже огромная фигура космодесантника, представителя ордена Каменных Перчаток, судя по гербу на его наплечнике. Воин Астартес стоял неподвижно в своей темно-красной броне, как безмолвная крепость.

Это было собрание, далекое от пышности и великолепия губернаторских советов, на нем доводились до сведения указания, инструкции и данные разведки. Представители губернаторов и других политических структур сюда не приглашались. Это было не место для бюрократов.

По этой причине Пленарный Совет собирался в оперативном пункте на борту «Карфагена». Это был командный пункт, созданный специально, чтобы при необходимости принять самых высокопоставленных военных и политических лидеров суб-сектора.

Оперативный пункт представлял собой большой зал с куполообразным потолком, защищенный дополнительной броней и расположенный в носовой части гранд-крейсера. Стены и потолок из ребристого керамита выглядели весьма спартански по сравнению с высокомерной элегантностью конструкции «Карфагена». В качестве сидений здесь были стальные скамьи, расположенные U-образными ярусами вокруг гололитического проектора. Зал не был освещен, лишь от проектора исходило эфирное сияние. Суровая, аскетическая обстановка зала отражала прямую, резкую и беспощадную позицию военного командования. Здесь действительно был руководящий центр всех военных усилий кампании.

Инквизитор Росс облачился в свои спатейские боевые доспехи. Он решил, что при таких обстоятельствах это будет благоразумно. Хромированные пластины брони добавляли ему уверенности под неодобрительными взглядами суровых офицеров Гвардии.

Совет начался с подробного доклада о текущей обстановке: работа военной промышленности, ситуация с горючим, боеприпасами, продовольствием, всесторонний анализ потерь. Офицеры обсуждали эти вопросы в сжатой, краткой военной манере, их слова звучали резко и четко, как выстрелы. Росс внимательно слушал, не вмешиваясь в обсуждение. И, судя по тому, что он услышал, ситуация действительно была исключительно тяжелой. Казалось, все участники Совета согласны с тем, что кампания в Мирах Медины фактически проиграна. Уцелевшие имперские войска должны быть отведены, чтобы укрепить оборону стратегически важного региона Звезд Бастиона.

Во время обсуждения флотский адмирал поднялся и показал всем пачку обгоревших бумаг.

— Это дневник капитана пехоты, найденный в траншеях на Ниневии. Здесь содержатся сведения о тактике войск Великого Врага, которые могут представлять интерес для нашего собрания.

Адмирал пролистал бумаги, водя по ним пальцем, пока не нашел строку, которую искал.

«День 62-й. Противник каждый день выстраивает перед нашими позициями захваченных в плен мирных жителей Ниневии. Их казнят так, чтобы мы видели это из траншей, и укладывают трупы рядами. По моим подсчетам, все жители города мертвы, и их тела лежат перед нами. Среди тех, кто не был убит – здоровые молодые мужчины. Их угнали в рабство, и судьба их неизвестна. Все это ужасно. Я очень хочу домой»

Когда адмирал закончил читать, среди собравшихся послышался тревожный шепот. Даже Росс, которому доводилось много где бывать, еще не сталкивался с войной таких масштабов.