Читаем Милость Императора полностью

Последним шел капитан Прадал, держа у бедра лазган с примкнутым штыком. Оружие было кантиканского образца, заметно длиннее, но при этом тоньше стандартного лазгана, с прикладом и цевьем из низкосортной древесины. Капитан был одет в стандартную кантиканскую форму – коричневый кавалерийский мундир, широкие серые бриджи, ботинки с брезентовыми обмотками. На его темноволосой голове было характерное для кантиканских полков круглое белое кепи с плоским верхом и козырьком.

Через каждые несколько шагов капитан поворачивался, наводя лазган на пустой плац. Во рту он держал кусок жевательного табака и медленно жевал его.

Инквизитор Росс изучил историю Кантиканской Колониальной Гвардии, прежде чем лететь сюда. Было бы грубо с его стороны не сделать этого. Кантиканские полки, хотя и не слишком известные в Империуме, были главной военной силой в системе Медины, которую они защищали вместе с локальными СПО. Как и история планет, которые они защищали, их прошлое было окутано древностью. Первые полки Колониальной Гвардии были набраны шесть тысяч лет назад из кантиканских лоялистов, сражавшихся на  стороне Империума во время Войн Освобождения. Те немногочисленные племена пустыни, которые поддержали Империум во время Освобождения, получили потом почетное право основать полк Имперской Гвардии и защищать весь этот регион. Во времена имперской колонизации Миров Медины этим солдатам приходилось участвовать лишь в стычках с пиратами приграничья и незначительными набегами ксеносов Восточной Окраины. Ничто в их долгой истории не могло подготовить их к войне таких масштабов против бесчисленных легионов Хаоса.

Нигде не было видно никаких следов Делаханта. Казармы во внутреннем дворе форта были пусты. Команда Росса осторожно вошла в блокгауз, тишину нарушал лишь хруст разбитого стекла под ногами. В крепости не было никаких признаков жизни.

Внутри казармы пятна засохшей крови покрывали стены, запеклись в углах и трещинах на кафельном полу. Кругом валялись стреляные гильзы и аккумуляторы лазганов. Койки были перевернуты, некоторые из них, очевидно, использовались для создания импровизированных укрытий, их металлические рамы были искорежены и обгорели. Здесь явно шел упорный бой. В одном углу казармы за импровизированной баррикадой из мешков с зерном стоял тяжелый стаббер, из которого стреляли до последнего патрона. Ствол стаббера деформировался от перегрева, под ним была рассыпана куча медных гильз. Несомненно, гвардейцы здесь оказали ожесточенное сопротивление врагу.

Росс выглянул из разбитого окна во внешний двор. Он увидел трупы солдат гарнизона – сто двадцать человек – повешенные на зубцах стен. Росс, будучи агентом Ордо Еретикус, видел много жестокостей, но так и не смог к ним привыкнуть. Это зрелище было отвратительно, и он знал, что капитану Прадалу еще больнее это видеть. Здесь висели тела его соотечественников, раскачиваясь на ветру. Хотя капитан не знал их лично, это были его братья по оружию. Росс ощутил тяжкую скорбь.

— Живые цели! В юго-восточном углу крепости, — сообщил Сильверстайн. Немедленно все четверо бросились на пол.

Доспехи Росса лязгнули, ударившись о кафель. Правой щекой инквизитор попал в лужу наполовину засохшей крови. Она была еще вязкая, и ощущалась как масло на коже. Тихо выругавшись, Росс прополз к Сильверстайну.

— Сколько их там?

— Как минимум трое, судя по датчику движения. Возможно, больше. Взглянуть еще раз? – спросил Сильверстайн.

— Нет, я сам, — сказал Росс. Плазменный пистолет в руке завибрировал, когда инквизитор снял его с предохранителя. После этого Росс осторожно глянул в разбитое окно с торчавшими из рамы грязными осколками.

Разумеется, охотник был прав. Росс заметил, как что-то мелькнуло между двумя приземистыми складскими постройками, не более чем в пятидесяти метрах от казармы. Потом еще движение, на этот раз ближе, и явно по направлению к казарме. Росс увидел достаточно. Он снова присел и подозвал остальных.

— Противник. Они собираются прижать нас здесь. Мы можем либо прорываться из крепости через плац, либо… подождать.

— Я предлагаю подождать, по крайней мере, пока мы не выясним, сколько их там. Иначе нас всех перебьют на открытом пространстве, — испуганно сказал капитан Прадал. Остальные выразили согласие.

— Хорошо. Селемина, Прадал, прикрывайте это окно. Сильверстайн, за мной, — приказал Росс, перебираясь через перевернутые койки. Он быстро оглядел возможные точки входа в казарму. Кроме основной двери и центрального окна на внутренний двор здесь не было  других входов.