МИЛЛИОН В МАДРАСЕ

Из одинокого, одолеваемого депрессией офисного работника Роберт Клайв превратился в одного из первых британских миллионеров, а также неформального хозяина Индии! В честь него назвали корабль, улицу в Великобритании, а также сорт приправы карри. На что толкает людей депрессия, мы решили выяснить в этой статье.

Душная, испепеляющая жара к полудню заползала даже в полутемные каменные кабинеты форта Святого Георга в Мадрасе, где сидели «писатели» (бухгалтеры) Британской Ост-Индской компании. Пот привычно стекал по спине, и Роберт Клайв, одетый в нелепый плотный английский сюртук, обреченно вздыхал. Перед ним на столе лежала бесконечная стопка счетов. Столбец за столбцом 19-летний англичанин переносил цифры в огромные бухгалтерские книги компании. Работа мечты… Сегодня воздух казался особенно тяжелым – кажется, собирался дождь, знаменитый индийский муссон маячил на горизонте. Роберт ждал его с особым воодушевлением, он представлял, какую свежесть и прохладу принесут, пролившись, огромные черные тучи, висящие над морем вот уже неделю. Впрочем, когда Роберт поделился своими ожиданиями с коллегами, которые уже не первый год пытались «несказанно обогатиться» в колониях, те только хмыкнули себе под нос. «Подожди, когда придут дожди, вот тогда поймешь, что такое индийский климат. Плесень в одежде, в кровати, в голове!» – пробурчал кто-то. Очень они тут были дружелюбные, за два месяца работы Роберт и парой слов не обмолвился ни с кем. Возможно, где-то была колониальная жизнь, английский клуб, дамы, но его туда не приглашали. Из каменного форта он уходил в свою холостяцкую каморку и сидел там до ночи с книгой, слушая сверчков. Совсем по-другому все это представлялось год назад в дождливой Великобритании…

С вещами на выход Роберт Клайв родился в 1725 году в старинном семейном имении Стайч в графстве Шропшир на западе Англии. Семья была родовитая, но обедневшая. Матушка Роберта беспрерывно занималась рождением его младших братьев и сестриц (в общей сложности их было тринадцать), а отец пытался заработать на прокорм этой оравы в Лондоне. Поэтому старшего сына еще в младенчестве отдали на воспитание тетке, и она это задание благополучно провалила. Роберт рос редкостным хулиганом. Из всех учебных заведений его исключали за невероятную драчливость. В возрасте десяти лет мальчик прославился на всю округу, когда вскарабкался на самый верх центральной городской ратуши по внешней стене, уселся там на горгулью и поплевывал на собравшихся внизу взволнованных взрослых. А в двенадцать лет Роберт сколотил шайку из окрестной шпаны и занялся рэкетом городских лавок: раз в неделю ребята обходили свою территорию и требовали денег за то, что витрины останутся целыми. Вскоре после этой эскапады тетушка поспешила отправиться в мир иной (лишь бы подальше от племянника), и неуправляемый подросток переехал к отцу в Лондон. Тут Роберт несколько угомонился и даже получил кое-какое образование в техникуме, куда, как известно, отправляются все хулиганы. Однако, увы, даже техникумы возвращают своих воспитанников в семью по окончании курса. Впрочем, в XVIII веке у отчаявшихся британских родителей была еще одна опция: асоциальных отпрысков можно было отослать попытать счастья в колониях, где на неуправляемых, крайне драчливых и отчаянно бесстрашных был особый спрос.