Свинья смотрела прямо на них. Ксюха видела, как напряглась спина свиньи, как опустилась ее голова. Рыкнув, свинья кинулась на подруг. Девчонки бросились врассыпную, причем Наташа рванула к воротам, а Ксюха со страху побежала вдоль забора. Свинья повела рылом и понеслась за Наташей. Хоть Ксюха уже ничего не соображала от ужаса, она все же вспомнила о бутылке с водой. Она перепрыгнула через какие-то грядки, упала, подкатилась к Славке, толкнула его: «Вставай!» И в этот момент услышала Наташкин крик и победный визг свиньи.

Ксюха снова прыгнула. На этот раз она ударилась очень больно, зато дотянулась до бутылки. Еще секунда, и она успела бы открутить пробку. Но прямо ей в лицо уткнулось свиное рыло.

Лязгнули белоснежные клыки. Почему-то Ксюху особенно потрясла эта белоснежность, безупречность, для настоящей свиньи невозможная.

Ксюха зажмурилась и машинально закрылась рукой, той, в которой держала бутылку.

Клыки ударили и… впились в тонкий пластик. Бутылка лопнула, брызнула святая вода, заливая и Ксюху, и свинью.

Опомнившись, Ксюха заорала во все горло: «Помогите!» – и что есть силы ткнула в свиное рыло прохудившейся бутылкой.

– Мерзавка! – завизжала свинья человеческим голосом.

Ксюха открыла глаза и уставилась на внезапно изменившуюся свинью. Ее обличье словно размылось, потекло, на его месте проступало другое, настоящее. Ксюха увидела женщину, стоявшую на четвереньках и яростно отплевывавшуюся.

Хаврониха!

Да, это была она. Длинные, черные с сединой пряди ее волос сметали пыль с дворовых плит. Хаврониха мотала головой, мычала и сквернословила так, что у Ксюхи в ушах зазвенело.

Но от прежнего ужаса не осталось и следа. Ксюха поднялась на ноги, отвернула крышку и выплеснула остатки святой воды прямо в лицо мучительнице.

– Что это у вас с лицом? – спросила она презрительно. Правое ухо Хавронихи осталось свиным.

– Ах ты маленькая дрянь! – прохрипела Хаврониха. – Против кого пойти задумала?!

– Да пошла ты! – нагрубила ей Ксюха и отвернулась.

В ворота громко постучали.

Послышались тревожные голоса.

– Ксюшенька! Ксения! – это взывала к ней бабушка.

– Лизавета, что там у тебя происходит?! – этот голос тоже показался Ксюхе знакомым. Где она его слышала?

– Немедленно отворяйте! Эй, вы, там! Начинаю ломать ворота!

– Я иду! – крикнула Ксюха. И побежала к воротам.

Она с трудом отодвинула тяжелый засов. Ворота ходили ходуном от ударов. Створки распахнулись, впустив на ведьмин двор множество народу: участковый, бабушка, отец Виталий, еще какие-то люди…

– Мы здесь! Здесь! – повторила Ксюха.

Бабушка схватила ее, прижала к себе, дрожащей рукой погладила по голове.

– Кто кричал? – строго спросил участковый.

– Ксения, что ты здесь делала? – удивился священник.

– Кто звал на помощь?

– Что происходит?!

– Ловите ее! Держите! – заволновалась Ксюха. – Она Славку и Наташу убила!

Ее обступили, сочувственно расспрашивали и… не верили.

– Девочка не в себе…

– Еще один случай…

– Милая, пойдем домой, – пыталась успокоить ее бабушка.

– Надо бы врача…

– Да вы что, не видите?! – забилась в сдерживающих ее руках Ксюха. – Посмотрите же! Может, их еще можно спасти!

– Кого, кого, детка?

– Здесь нет никого…

Ксюха извернулась, поискала глазами, но не увидела лежащих бесформенными грудами тел Славки и подруги. Где же они?!

Славка исчез. А вот Наташа… Хаврониха невозмутимо тащила ее через двор, волочила прямо по земле, держа за шиворот.

– Наташа! – Ксюха рванулась, ее не сумели удержать, все ахнули, и она в несколько прыжков настигла ведьму, перекрыла ей путь. – Стой, проклятая!

Хаврониха усмехнулась презрительно:

– Отобрала у меня Светку? Так я ей замену нашла! – Она взмахнула свободной рукой. Дверь в доме с треском распахнулась, и оттуда черной тучей вылетело воронье, сбило с ног Ксюху, покатило ее, как тряпичную куклу, по двору, каркая, исхлестало ее жесткими крыльями.

Ксюха кричала – и не слышала своего крика.

Черным-черно…

Глава четырнадцатая

В бездне

Ксюха лежала на самом дне черной ямы, без звуков, без сна, без надежды…

«Я умерла…» – пришла тягучая мысль.

«Ну и что… так даже лучше…» – возник равнодушный ответ.

«Отсюда возврата нет! НЕТ! Нет! Нет!» – забилось в голове бесконечным рикошетом.

«Почему я чувствую?» – недоумение.

Я?

Чувствую?

Кто это – Я?

Нет меня. Нет ничего. Ни света, ни тени, ни дня, ни ночи. Ни тела, ни движения…

Ксюхе мучительно захотелось моргнуть. Не получилось.

Беззвучие.

Голоса тоже нет. И быть не может, если нет тела.

Но тогда что же есть?

Чувство? Мысль?

Вот оно как – после смерти…

Но как же так? Разве это возможно? Да и за что ее, такую хорошую, совсем еще молодую, взяли и бросили в черную бездну?

Бездну, из которой нет возврата…

Выходит, все люди сюда попадают. И может быть, рядом есть кто-то?

Но как с ними связаться?

Силой мысли?

Стоп, стоп, стоп!

А как же баба Люба?

Она же ведь тоже умерла. Как же у нее это получается – приходить к людям, помогать им, общаться? У нее что, есть какие-то привилегии?