На утро, действительно, запястью было значительно лучше, опухоль почти спала, и я не стала накладывать заново повязку. Но из — за принятого на ночь обезболивающего, я проспала, и как метеор носилась по дому, собираясь на работу.

— Так, сынок, уже нет времени, позавтракаешь в школе! Хорошо? Через пять минут — выходим!

Быстро забросив Илью в школу, я помчалась на работу, решив по дороге заскочить за завтраком. Припарковавшись, я зашла в кофейню. Приятный, бодрящий запах свежемолотого кофе и выпечки мгновенно укутал меня, возвращая хорошее настроение.

— Два средних конвертика с яблоками и латте, пожалуйста. На вынос.

Забрав заказ, я направилась на выход. Звякнул колокольчик и кто — то вошёл внутрь, вежливо пропуская меня вперёд, придерживая рукой дверь.

— Спасибо! — поблагодарила я, не поднимая головы.

Я уже взялась за ручку машины, как вдруг, услышала за спиной мужской голос:

— Даша!

Я оглянулась. И увидела самые невероятные глаза аквамаринового цвета. Трёхсекундное узнавание. Парень со вчерашней фотографии!

— Никита! — воскликнула я.

3 глава

Я смотрела на высокого статного юношу, и в моей голове никак не укладывалось, что это и есть тот самый маленький сорванец, за которым я частенько присматривала будучи студенткой.

— Как ты изменился! Фантастика! Я ни за что бы тебя не узнала, если бы не увидела вчера твою фотографию. Я просто не могла поверить своим глазам!

— А ты вот совсем не изменилась. Такая же красивая, как и раньше!

— Ох… — неожиданный комплимент меня смутил. — Спасибо, конечно, но столько времени прошло… Когда мы виделись с тобой в последний раз? Сколько тебе было, лет восемь — девять?

— В последний раз мы виделись на похоронах твоей бабушки. Мне было четырнадцать, — ответил парень.

— Правда? — я силилась вспомнить Никиту в его подростковом возрасте, но перед глазами упрямо стоял образ шустрого восьмилетнего мальчишки, с торчащими во все стороны вихрами. — Честно, я совсем тебя тогда не помню… я, вообще, очень плохо помню тот день, и последующие дни тоже, — сказала я, печально покачав головой.

— Прости, что напомнил о бабушке. Я тоже скучаю по своей, — в его голосе слышалось искреннее сожаление.

— Это жизнь, Никита. Все мы смертны… Давай, лучше не будем о грустном!

Только сейчас я обратила внимание, что он одет в мотоциклетную экипировку, а подмышкой держит чёрный шлем. Его виски зигзагообразно выбриты, на макушке — скрученные в пучок волосы, в ухе болтается серьга в виде крестика. Но как ни странно, выглядел он при этом довольно мужественно.

— Твоя мама сказала, что ты байкер. — я улыбнулась. — Теперь вижу, что так и есть.

Широкая улыбка озарила лицо молодого человека, сделав его ещё привлекательней.

— Я не байкер. В смысле, не совсем байкер. Я — мотогонщик.

— Ух ты, здорово! — я опустила глаза вниз и взглянула на свои наручные часы.

Я уже жутко опаздывала!

— Никита, ты извини, но мне пора бежать! Рада была тебя увидеть! Маме — привет!

Не дожидаясь ответа, я дёрнула ручку машины, и сев за руль, тут же дала по газам.

"Какой красивый парень!" — восхитилась я, вспоминая его глаза цвета моря и спортивную фигуру.

Но я сразу же выкинула Никиту из головы, как только включилась в рабочий процесс.

Отработав положенное время, я торопилась в школу за сыном, но остановилась как вкопанная, когда пересекая холл нашего административного здания, кинула взгляд на висевший напротив входа плазменный телевизор. На весь экран, крупным планом показывали моего… мужа.

"… адвокатом выступил известный в России правозащитник Жданов Андрей Викторович, который и будет представлять интересы бизнесмена в суде…"

Далее журналист задавал вопросы непосредственно самому Андрею, но я не слышала слов. Я смотрела на человека, который выкинул меня из своей жизни словно ненужный, отработанный материал. Выкинул не только меня, но и своего сына. А теперь, в моём бывшем доме вовсю хозяйничала другая женщина, и Илюшкина детская была переделана в комнату для девочки.

"Почему он, вообще, решил на мне жениться?!" — часто я задавалась этим вопросом.

Уже тогда, на момент нашей встречи, он был довольно преуспевающим адвокатом, хоть и молодым. Я явно не соответствовала его статусу, его амбициям: студенточка, с южного городка, слишком наивная, романтичная, слишком неискушённая жизнью.

Может быть, именно это его так и привлекло, но потом, с годами, именно это и стало раздражать?

"Не быть тебе, Дашка, известной юристкой, тебя быстро сожрут! Ты — дельфин, а не акула!"

Мы познакомились, когда я перешла на третий курс. Андрея пригласили читать лекции по международному праву в наш университет, который он и сам когда — то окончил. Он сразу обратил на меня своё внимание, но полноценно мы начали встречаться только после летней сессии.

Закончив универ, я окончательно перебралась к Андрею в Москву, и спустя короткое время, мы поженились. Андрей не любил ездить к моей бабушке, он не переносил жару, предпочитая отдыхать на европейских горнолыжных курортах.