На мгновение я потеряла дар речи. Я помнила, как он пытался сказать мне эти слова, тогда, ночью, но я подумала, что это в нём говорит лишь страсть, но никак не сердце… Он смотрел на меня с непроницаемым выражением лица, но я представляла какая в его душе разыгрывалась буря. Ведь он действительно в меня влюблён! Я должна была это понять ещё с самой первой встречи — всё указывало на это!

Мне вдруг безумно захотелось взъерошить его густые волосы, провести пальцами по его великолепным губам. Он выглядел так потрясающе, так бесстыдно. Я не могла найти вразумляющие слова — мои чувства находились в полном хаосе.

— Думаю, ты знаешь, что я хочу сказать. Мы не должны… — уже не так уверенно произнесла я.

Но если я надеялась, что мои слова заденут его сознание, как — то отрезвлят, то я глубоко ошибалась. Не дав мне договорить, с ленивой улыбкой, Никита подался вперед, и я не успела ничего сообразить, как оказалась в его объятиях.

— Я знаю, ты хочешь того же, что и я, — чувственно прошептал он, развязывая узел на моём халате. Он заскользил руками по коже, сжимая в ладонях мои грудь, ягодицы… Я облокотилась спиной о столешницу, чувствуя, как всё моё сопротивление испаряется, как дым.

Я опять проиграла.

— Вот так же лучше, правда, милая? Думаю, нам пора вернуться в постель. Прямо сейчас!

Этот день стал началом нашего романа.

Как бы глупо это не звучало, но я словно опьянела от него. Я понимала, что поступаю неправильно, но ничего не могла с собой поделать. Я прекрасно понимала, что когда — то этому придёт конец. Рано или поздно, но Никита начнёт искать девушку своего возраста. Он найдет кого-то, кого одобрят и примут его родители. Но это буду не я. Его мать, никогда не одобрит для своего единственного любимого сына женщину на двенадцать лет старше, ещё и с ребёнком! Да Татьяна будет просто в ужасе!

Никита абсолютно не разделял моих опасений, уверяя, что его родители вполне современные люди. Но я взяла с него слово не спешить и пока им ничего не говорить, дав нам время разобраться в собственных чувствах. Никита искренне не понимал в чём ещё нужно разбираться, когда он сам уже давным — давно во всём разобрался. Но видя, мою нерешимость и мой страх, согласился держать наши отношения в тайне.

После нескольких бурных часов в постели и позднего обеда, он засобирался домой.

— Родители привыкли, что я часто не ночую дома, так что с этим всё норм, не стоит переживать. Сегодня у меня в четыре заключительная треня, а завтра — соревнования по мотокроссу. Надеюсь, моя любимая девушка придёт за меня поболеть? — спросил он целуя меня в губы.

"Моя любимая девушка…" — от этих слов мне захотелось плакать и смеяться одновременно.

Как же всё быстро поменялось в моей жизни за каких — то последних полгода: развод, переезд, новая работа, новые отношения… Я как будто читала бульварный роман про собственную жизнь!

Я попросила Никиту выйти незаметно, чтобы никто из моих соседей не смог его увидеть. Он слегка нахмурился, но соглашаясь, молча кивнул.

Мы обнялись на прощание и всё никак не могли расцепить наши руки, не желая расставаться. Поразительно, но рядом с Никитой я ощущала себя такой хрупкой, но при этом полностью защищённой, чего никогда не чувствовала со своим успешным и богатым мужем.

Была ли я достаточно смелой, чтобы принять его любовь?

— Иди уже! — я слегка толкнула его в плечо.

Никита немного помедлил, но отпустил меня.

— До завтра, любовь моя!

— До завтра, — ответила я, закрывая за ним дверь.

Я сползла по двери на пол и уронив голову на колени, тихо заплакала.

11 глава

Я стояла за невысоким металлическим ограждением в ожидании старта. Как я уже поняла, это место было "для своих"; здесь находились все, кто так или иначе был причастен к соревнованиям: спортсмены, тренера, спонсоры, — отсюда можно было наблюдать за гонкой с самого близкого расстояния. Позади стояло ещё одно ограждение, за которым собрались все остальные зрители.

Я огляделась вокруг: казалось, весь город пришёл посмотреть на шоу. Я заметила местное телевидение, и каждый второй снимал происходящее на телефоны или небольшие экшн — камеры. Я тоже достала свой смартфон, чтобы запечатлеть гонку для Ильи. В том, что сын будет в восторге от увиденного — я нисколько не сомневалась.

Я вновь постаралась избавить себя от возникшего чувства вины, что пожертвовала запланированным воскресным свиданием с сыном, но быстро утешилась мыслью, что именно Илья настоял на том, чтобы я обязательно поехала на гонки.

— Мама, как ты не понимаешь, это же так круууто! — восторженно пищал в трубку мой сынок. — Ты ведь можешь приехать ко мне и завтра, или, даже, послезавтра.