Читаем Милан. Путеводитель полностью

Леонардо родился 15 апреля 1452 года в городе Винчи близ Флоренции. В 1482 году он покинул владения Медичи и мастерскую своего учителя Андреа дель Верроккио, чтобы начать новую творческую жизнь в Милане. Его целью было получить постоянное место при дворе герцога Людовико Сфорца Моро, что к тому же дало бы ему возможность заниматься своими исследованиями. В ту пору Милан благодаря экспорту оружия, сельскохозяйственных продуктов и шерсти был одним из богатейших городов Европы. Так как Милан стоял на пороге войны с Венецией, Леонардо в прошении на имя герцога сделал упор в первую очередь на свои изобретения в области военной техники, в частности, на создание осадной машины и камнемёта. Только потом он указал на свои гражданские проекты – например, машины для облегчения механической работы и каналы для осушения болот. И лишь в последнюю очередь он перешёл к своим художественным и архитектурным талантам.

Придворным художником Леонардо стал не сразу, а только в 1489 году, после того, как выполнил поначалу несколько частных заказов (среди них «Мадонна в гроте») и разработал проект средокрестного купола в строительной мастерской Миланского собора. Помимо создания шедевров живописи и конной статуи для Франческо Сфорца (см. ниже), он как ведущий инженер занимался проектированием системы каналов. Кроме того, он был придворным портретистом и организатором пышных и оригинальных праздников для Людовико, вследствие чего Милан не только достиг политического и экономического расцвета, но и превратился в один из самых блистательных городов континента, в средоточие культуры.

Этот первый миланский период его жизни внезапно закончился в 1499 году, когда его покровитель Людовико Сфорца был свергнут французскими войсками. Через Мантую и Венецию Леонардо снова направился во Флоренцию, где написал свою всемирно известную «Мону Лизу».

В мае 1506 года Леонардо снова вернулся в Милан по приглашению французского наместника Шарля д’Амбуаза и оставался там до 1516 года, уезжая лишь на короткое время во Флоренцию для урегулирования споров о наследстве. В этот второй миланский период он проявил себя не столько как живописец, сколько как превосходный рисовальщик анатомических эскизов, которые были основаны, прежде всего, на изучении человеческого тела при вскрытии. Особый интерес он проявлял к сложному двигательному аппарату с мышцами и сухожилиями, а также к изучению внутренних органов человеческого организма, о чём свидетельствуют изображения матки с плодом. Эти детальнейшие рисунки опередили современную ему медицину не только на десятилетия, но даже на века, и потому у практикующих врачей они почти не нашли применения.

Одновременно Леонардо вновь занялся работой над конной статуей – на сей раз для французского кондотьера Джана Джакомо Тривульцио. Но она, как и статуя для Франческо Сфорца, так и не была отлита.

После того, как в 1511 году внезапно умер его меценат Шарль д’Амбуаз, а в 1512 году из Милана были изгнаны французы, знаменитый художник отправился на несколько лет в Рим. Зимой 1516–1517 гг. он принял приглашение французского короля Франциска I и переехал во Францию. Здесь 23 апреля 1519 года в городе Клу, недалеко от резиденции Амбуазов, гений-универсал умер.

Из анатомических рисунков Леонардо: «Плод в матке при ягодичном предлежании», ок. 1510–1513 гг.

Около 1495–1498 гг. по заказу Людовико Сфорца Леонардо нарисовал в трапезной церкви Санта Мария делле Грацие свою знаменитую фреску «Тайная вечеря» (Cenacolo). Это творение великого мастера разительно отличается от популярных изображений «Тайной вечери», которыми обычно украшали трапезные монастырей. Благодаря перспективе, пространство в этой настенной картине создаёт иллюзию точного продолжения реального пространства трапезной. Гениально использованы два различных источника света: первый источник – три нарисованных отверстия на заднем фоне картины, второй – настоящие окна в левой стене трапезной. Этот искусный приём приводит к богатой игре света и тени.

Однако ещё более революционным является выбранный мастером момент «Тайной вечери»: Христос возвещает о том, что один из присутствующих его предаст – шокирующее откровение, на которое апостолы реагируют каждый по-своему. С величайшей экспрессией Леонардо передаёт волнение бурно жестикулирующих учеников, разделившихся на четыре группы по трое вместо привычного дотоле чинного ряда. Даже Иуда, которого обычно изображают в одиночестве у одного конца стола, здесь не является исключением: ведь никто из апостолов ещё не знает о его предательстве.