Оба решили, что вряд ли. Сутки прошли с тех пор, как они передали по радио, что спускаются в канализацию. И потом, на этом углу днем полно народу. Вольф решил добираться до более тихой Простой, а Толека послать к Габриэле.

— Будь осторожен и принеси с собой воды.

Вольф снова спустился вниз.

— Мы в трех часах от Простой. Если напрячь все силы, мы туда доберемся еще засветло. Толек пошел за водой и будет нас ждать.

— Нет! Нет! Мы не можем! — закричала одна из девушек-бойцов.

— Успокойте ее! — приказал Вольф.

— Нет, — крикнула она снова и, теряя рассудок от жажды, принялась пить сточные воды.

Вольф подскочил, чиркнул спичкой, схватил ее за волосы и стал оттаскивать от зловонной воды. Девушка потеряла сознание и через несколько секунд скончалась. Канал поглотил ее.

— Всем слушать меня внимательно! — сказал Вольф. — Впереди нас ждет жизнь! Обещаю вам, что мы останемся в живых! Еще час-другой, и у нас будет питьевая вода! Держитесь! Мы выживем!

Опять взявшись за руки, они двинулись на север. Водоворот разбил их цепочку, и пока им снова удалось соединиться, течением унесло еще одного бойца, потерявшего сознание.

— Держитесь! Крепче держитесь за руки! — приказывал Вольф. — Еще минута — и мы пройдем этот перекресток.

И они продолжали двигаться на север, уже ничего не соображая и только молясь неизвестному Богу: ^”Помоги мне выжить... Помоги... помоги... Выжить... выжить... выжить...”

Глава двадцать третья

С ловкостью бездомной кошки Толек Альтерман пробирался по улицам Варшавы. Он привык за эти годы бегать по улицам гетто, среди развалин, пожаров и падающих стен; этот переход для него был просто детской забавой.

В половине пятого утра он остановился перед дверью квартиры на последнем этаже дома номер 4 по Длинной. На табличке значилось: ^,,Алина Боринская”. Он отрывисто постучал.

Дверь приоткрылась на длину цепочки.

— Кто там? — спросила Габриэла.

— Не пугайтесь моего вида. Я из канализации.

Габриэла открыла, и Толек ввалился в квартиру, отчаянно ища глазами кухню. Вошел туда, открыл кран, подставил голову и начал пить, как одержимый. Она закрыла дверь и смотрела на эту страшную сцену: серая тень, существо с другой планеты, припавшее к крану. Наконец он утолил жажду и свалился на пол, рыдая.

Габриэла побежала к телефону.

— Камек! Как только кончится затемнение, немедленно приходите ко мне домой. Принесите одежду и все продукты, какие только у вас есть.

— Они добрались?

— Да.

Габи намочила спиртом тряпку и вытерла Толеку лоб.

— Извините, — бормотал он, — извините...

— Ну, рассказывайте, пожалуйста, рассказывайте...

— Нас было двадцать три человека, когда мы спустились в канализационную систему... Вы получили наше сообщение по радио?

— Да, но не смогли его расшифровать. Господи, вы что же, сутки пробыли там?

— Да. Только шестнадцать человек, может быть, семнадцать осталось в живых.

— Где же они?

— Пробираются к Простой. Мы должны им принести туда воды.

— Раньше чем через часа полтора мы ничего не сможем сделать, нужно, чтобы сняли затемнение. Тогда придет Камек.

Габриэла всмотрелась в его лицо.

— Голос мне ваш знаком. Правда, я вас знаю?

— Толек.

— Господи, я вас не узнала.

— И никто не узнал бы.

— Кто еще там внизу?

— Кристофер де Монти. Его надо отправить за границу во что бы то ни стало.

Она кивнула.

— Кто еще?

— Рахель, Вольф, Анна...

Он остановился, и боль, отразившаяся на ее лице, была ответом ей самой. Габриэла встала, подошла к стулу и села, кусая губы. По щекам потекли слезы — последние слезы, остальные она давно выплакала. Андрей все еще в гетто... Это его кавалерийская атака... Андрей никогда оттуда не выйдет. Она встала на колени около Толека и помогла ему подняться на ноги.

— Идемте, — сказала она. — Вам нужно вымыться.

Габриэла наполнила четыре кулька хлебом, сыром и бутылками с водой. К кулькам были приделаны ручки из тесьмы, чтобы в случае необходимости кульки можно было спустить вниз, под землю.

* * *

Камек, как всегда, олицетворял собой спокойствие.

— Сегодня воскресенье, — рассуждал он сам с собой, — это скверно. Мы не можем возить по улицам сено в воскресенье. Я должен во что бы то ни стало достать крытый грузовик.

Толек вышел из ванной. Теперь он снова был похож на человека.

Он взял у Габриэлы инструмент, чтобы побыстрее открыть люк, и два кулька с продуктами.

— Надеюсь, они доберутся, — сказал он, — я их оставил в очень тяжелом состоянии.

— После того, как передадите им продукты и воду, — ответил Камек, — ждите в кафе на той же улице, пока я подгоню туда грузовик.

— Поторопитесь с грузовиком, — попросила Г абриэла, — они там уже тридцать часов.

— Положитесь на Камека, — ответил тот.

* * *

— Уже рассвело, — сказал Вольф, глядя на люк над своей головой. — Мы на Простой. Сегодня мы будем спасены.

Анна и Рахель были почти без сознания. Смерть подступала все ближе. Их осталось всего двенадцать человек.

Тень над люком!

— Тихо, там кто-то есть, тихо...

Люк приоткрылся. Крышку отодвинули.

— Это я, Толек. Вы там?

— Толек, помоги нам, спаси нас!