Переживанию этих аур сопутствует восторженное, возвышенное состояние, особенно в тех редких случаях, когда следом за мерцающей скотомой появляется еще одна положительная скотома:

Иногда я прозреваю в этом облаке света другой свет, каковой я называю “воплощенный живой свет”… Когда я смотрю на него, из моей души бесследно исчезают печаль и боль моих воспоминаний, я снова чувствую себя простой девушкой, а не глубокой старухой».

Окутанные чувством экстаза, пылающие глубокой верой и исполненные философским смыслом, видения Хильдегарды направляли ее на путь святой, наполненной искренним мистицизмом жизни. Эти видения являют собой уникальный пример того, как банальное, болезненное, неприятное или просто бессмысленное физиологическое событие может у избранных натур стать источником высшего экстатического вдохновения. Чтобы отыскать адекватную историческую параллель, надо обратиться к Достоевскому, который временами переживал экстатические эпилептические ауры, которым он приписывал подходящие на тот момент смысловые значения [73].

Приложение II

Видения Кардана (1570)

Из самых ранних клинических «автобиографий» следует, несомненно, выделить поразительную книгу «Моя жизнь», написанную в семидесятилетнем возрасте итальянским врачом Джеронимо Карданом (Кардано). В 37-й главе («О некоторых естественных странностях; а также удивительных чудесах и, среди них, о снах») Кардан описывает странные зрительные приступы, которые переживал в возрасте между тремя и шестью годами. Во время приступов он видел бесчисленных маленьких человечков и разнообразные миниатюрные сцены. Они полукругом перемещались в поле зрения, а внутри них он видел мельчайшие образы или наброшенную на них решетку из крошечных колечек. Вслед за этими видениями появлялось ощущение холода ниже колен. Хотя Кардан не описывает головную боль и не вспоминает картину отчетливой скотомы, его видения с полным основанием можно считать мигренозными (см. стр. 100):