Читаем Мифы и легенды Огненной дуги полностью

Завершая рассмотрение вопроса боеготовности советских войск под Курском в начале июня 1943 г., считаю важным ещё раз подчеркнуть: приняв 12 апреля предварительное решение перейти к стратегической обороне и, определив вероятное направление главного удара противника, советское Верховное командование в течение месяца в основном восстановило фронты, оборонявшие Курский выступ, и непосредственно их армии, действовавшие на главных направлениях. Как и было запланировано, к 10 мая численность группировок Рокоссовского и Ватутина по двум важнейшим показателям для ведения обороны – в живой силе и артсредствам превысила 80 % от показателей на 5 июля (танков – 40 и 74 % соответственно). А к 5 июня общая численность личного состава Центрального и Воронежского фронтов преодолела планку 98 %, поступление артиллерии приблизилось к 90 %, число танков колебалось от 72 % до 76 % от данных на 5 июля 1943 г.

Таким образом, оба стратегические объединения были практически полностью готовы к Курской битве. В то же время, например, группировка 9-й А в начале мая не получила даже того минимума, что был обещано перед «Цитаделью». Её пехотные и танковые соединения ещё не были полностью восстановлены и не могли решить задачи летней кампании. Советская же сторона уже в это время могла отразить удар имевшихся у неприятеля сил. Поэтому утверждение Э. фон Манштейна о том, что к концу мая перед ГА «Центр» и «Юг» в районе Курска находились войска Красной Армии, якобы не полностью боеспособные, далеко от исторической правды[278].

Существенную роль как в успешном завершении Курской оборонительной операции, так и в победе на Огненной дуге в целом, сыграли советские стратегические резервы – Степной военный округ. Напомню, три из пяти его сухопутных объединений – 5-я гв. танковая, 53-я и 5-я гв. общевойсковые армии, – активно участвовали в отражении наступления ГА «Юг» в полосе Воронежского фронта. Поэтому для всестороннего анализа заявленной проблемы крайне важно понимать, в каком состоянии находились эти войска в рассматриваемый период. Формировать свои резервы Ставка ВГК начала ещё в феврале 1943 г. Однако из-за осложнений в ходе наступления на Украине завершение этого процесса, то есть объединение войск в военный округ, произошло только после стабилизации фронта на юго-западном направлении.

4 апреля 1943 г. заместитель начальника Генерального штаба генерал-лейтенант А.И. Антонов направил командующему 41-й А приказ НКО СССР: до 15 апреля сформировать на базе штаба армии управление Резервного фронта[279] (с 15.04.1943 г. Степной военный округ). А через два дня, 6 апреля, И.В. Сталин подписал документ, адресованный заместителю командующего Юго-Западным фронтом генерал-лейтенанту М.М. Попову, с редким даже для той поры грифом: «Совершенно секретно. Только лично. В собственные руки», который гласил:

«Ставка Верховного главнокомандования приказывает:

1. Сформировать к 30 апреля 1943 г. Резервный фронт. Дислокация полевого управления Резервного фронта в районе Воронежа.

2. Назначить командующим Резервным фронтом генерал-лейтенанта тов. Попова М.М., освободив его от должности заместителя командующего Юго-Западным фронтом. Допустить к исполнению должности начальника штаба Резервного фронта генерал-майора Озерова Ф.П.

3. В состав Резервного фронта включить:

а. Полевое управление Резервного фронта, развернув его на базе полевого управления 41-й армией по штату № 02/240,

б. 2-ю резервную армию,

в. 24, 53, 66, 47 и 46-ю армии,

г. 5-ю гв. танковую армию,

д. 1, 3 и 4-й гв. танковые корпуса, 3, 10 и 18-й танковые корпуса,

е. 1 и 5-й механизированные корпуса.

4. Исполнение донести»[280].