Читаем Мифы и легенды Огненной дуги полностью

Но вернёмся к событиям у Касторного. 27 января с наступлением сумерек удалось разгромить вражеский отряд и 307-ю сд. Более 500 солдат и офицеров сдались в плен, остальные были уничтожены и частично рассеяны. Среди убитых оказался и командир 82-й пд генерал-лейтенанта А. Бентш. Немцы явно не ожидали столь стремительного рывка советских войск в условиях сильных морозов и метелей. «Мы никак не предполагали, что наступление будет так тщательно подготовлено и будет иметь такой успех. Мы в штабе были поражены его силой и не могли даже опомниться от первых ударов, как русские прорвали нашу линию обороны и стремительно двинулись вперёд, – откровенно признал попавший в плен старший лейтенант Мюллер, начальник разведки 82-й немецкой пехотной дивизии. – Командир дивизии убежал на машине, и я его больше не видел… На третий день боёв в дивизии осталось не более 1000 солдат»[207].

К полуночи 28 января накал боёв в Касторном стих, хотя перестрелки и переодически вспыхивавшие ожесточенные, но короткие схватки продолжались в городе до второй половины 29 января. В руки советских войск попали богатые трофеи: документы и имущество штаба 13-го ак, 15 танков, до 6000 автомашин, 820 вагонов с вооружением и продовольствием, до 1000 лошадей и свыше 100 складов с различным военным имуществом[208].

28 января 38-я А, сломив сопротивление противника, вышла на рубеж: Семеновка, Землянск, Перлевка, а 40-я А – Нижнедевицк, Березовка. Таким образом, к исходу 28 января «котёл» юго-восточнее Воронежа стал реальностью, а его полное блокирование советскому командованию казалось делом нескольких дней. В «кольцо» попали семь дивизий (57, 68, 75, 88, 323, 340 и 377-я пд) одной из лучших в вермахте 2-й армии, а также две дивизии союзников – 6 и 9-я венгерские. Уже первые результаты не могли не радовать советское командование. По донесению штаба Воронежского фронта с 25 по 29 января в плен попали 22 000 немецких и венгерских военнослужащих[209]. Однако удержать инициативу и полностью уничтожить окружённого врага не удалось. Как уже отмечалось, ещё продолжались бои за Касторное, а силы, действовавшие на направлении главного удара 13-й А, уже двинулись на запад. «К моменту выхода в район Касторного оперативная обстановка для нас складывалась довольно благоприятно, – объяснял то поспешное решение А.М. Василевский, – так как в обороне врага на участке железной дороги Касторное-Курск до Купянска образовалась примерно 300-километровая брешь, слабо прикрытая войсками»[210].

Однако прорыв оперативной группы Глухова со сводным отрядом армии Москаленко в г. Касторное и выход стрелковых дивизий 40-й А на рубеж Горшечное, Быково, Ефросиновка не смогли перекрыть все пути отхода войскам двух армий противника. Между Касторное и Быково, т. е. между танковыми соединениями обоих фронтов, находившимися в районе Касторное-Лачиново, и стрелковыми частями 40-й А, действовавшими на рубеже Просторное-Быково, ещё был разрыв в 25 км, который не полностью контролировался советскими войсками. Такой же промежуток образовался между Горшечным и Старым Осколом после выхода 4-го тк к Горшечному. Своевременно прикрыть его К.С. Москаленко не успел, на всё войск не хватало. По данным разведки, основные силы окружённых находились именно в этом районе, т. е. юго-восточнее Касторного, в «треугольнике» Верхнее Турово – станция Нижнедевицк – Вязноватка, и могли использовать для прорыва оба «коридора». Вместе с тем 38 и 60-я А, которым было поручено расчленить эту группировку, демонстрировали низкую результативность.