Читаем Миф Коко Банча полностью

Можаров, видя, что творится с Ритой и как она страдает, не в силах поверить в очевидность того, с чем к ней пожаловал адвокат, боялся за ее рассудок. Она была права, когда говорила, что все это уже слишком. Да. Слишком много на нее навалилось. И даже если где-то на подсознательном уровне она и допускает тот факт, что Оскар изменил ей с женщиной, которая родила от него ребенка, то не хочет верить в это хотя бы сегодня, хотя бы в эти первые месяцы своего вдовства. Сергей не знал, как ей помочь. Так получалось, что за последнее время Рита потеряла не только своего мужа, но и семью, родителей, в частности, отца. А теперь, когда к ней вроде бы вернулся Амфиарай, она чуть не потеряла его, Можарова…

– Рита, я понимаю, как тебе сейчас плохо, но я хотел бы задать тебе всего лишь один вопрос…

Она что-то буркнула в ответ, не желая поворачивать к нему свое заплаканное лицо. И Сергей решился:

– Я понимаю, что ты любишь другого человека, что Амфиарай в твоей жизни занимает значительное место, но мне бы хотелось, чтобы ты знала… Рита… Ты всегда можешь рассчитывать на меня. Я люблю тебя. И если тебе будет совсем худо, зови меня, вот как сегодня. Ты слышишь меня?

Рита неожиданно поднялась с кресла, прильнула к Сергею и обняла его. Глотая слезы, она сказала:

– Ты, Можаров, как дерево, сильное, могучее дерево, которое хочется обнять, чтобы набраться сил. Спасибо тебе… Но я чувствую, что мне уже не остановиться, что я разгоняюсь все сильнее и сильнее… Амфиарай… Мы ничего не знаем о нем. Я не открыла тебе ночью не потому, что причиной была любовь… Вовсе нет. Он пытался мне доказать, что имеет на меня все права. Но он не имеет, никто не имеет… Он тоже готовит мне ложе, и никакой он не Амфиарай, а очередной Прокруст… Вот только я для себя еще не решила, готова ли я к тому, чтобы меня подрубили или, наоборот, вытянули…

Сергей подумал, что она бредит.

– Что значит, он пытался доказать тебе…

– Молчи, ничего не надо говорить. Все же и так ясно. Амфиарай не любит меня, я ему нужна для какой-то ответственной миссии, но вот какой, я пока не знаю. У него есть друг, близкий друг, который управляет всеми его действиями, – она перешла на шепот, словно их могли услышать, – и ради этого друга он готов на все. Боюсь, что теперь этот друг начнет управлять через Рая и мной. Вот только что именно они от меня потребуют, не представляю. Теперь ты понимаешь, зачем ему понадобилось делать мне такие дорогие подарки?

Сергей, чувствуя, что то, что только что сказала ему Рита, – лишь малая доля истины и что она скрывает от него гораздо больше, возненавидел Амфиарая еще сильнее.

– А ты как думала? Ведь такие дорогие вещи не дарят просто так. Я сразу понял, что дело тут нечисто. Скажи, что это за друг, назови его имя, где он живет… В Москве?

– Нет. Насколько я поняла, он большую часть времени проводит за границей. Он – очень богатый человек и хочет зачем-то познакомиться со мной. Вот ты скажи мне, Сережа, чем я могла заинтересовать такого человека? Чем? Я понимаю еще, что за мной стали бы охотиться, проглоти я, скажем, большущий бриллиант, вроде того, который Амфиарай собирался мне подарить, а на самом деле снова забрал у меня.

Можаров ничего не понимал, больше всего ему сейчас хотелось взять Риту за руку и увести с собой, посадить в машину и отвезти подальше от этой квартиры, от этого города, от Амфиарая с его другом или хозяином, имеющим на него такое большое влияние.

– Как ты сказала? Он снова забрал у тебя бриллиант? И как же он это объяснил?

– Очень просто. Как должен был объяснить много раньше, когда первый раз возил меня к Юзу. Амфиарай, вернее, его хозяин, – антиквар, и он использует Рая для своих целей. Они делают деньги на антиквариате…

– А теперь собрались каким-то образом сделать деньги на тебе, – предположил Можаров. – Тебе не приходило это в голову?

– Приходило, вот только ума не приложу, каким образом с моей помощью можно сделать эти самые проклятые деньги.

– Масса способов. И самый распространенный – это уложить тебя в постель с потенциальным покупателем. Или же ты должна будешь уговорить его купить у них что-то по явно завышенной цене, либо – украсть…

– Но почему именно я?

– Этого я не знаю и могу предположить лишь самое очевидное: они выбрали тебя, как одну из красивейших женщин.

– Это смешно…

– Нет. Ты не мужчина, и тебе не понять этого. Рита, ты удивительная женщина, ты просто не знаешь себе цену.

– Сережа, это правда? То, что ты сказал? – Она снова обняла его. – Это правда, что ты всегда придешь по первому моему зову? Я могу рассчитывать на тебя?

– Да это не то слово, я люблю тебя, ты для меня – все…

– А чего ты хотел бы больше всего на свете?

– Чтобы ты выбросила из головы всех своих мужчин.

– Каких? – Она замерла. – Каких мужчин?

– Оскара и Амфиарая со своим антикваром и переехала жить ко мне. Я был бы тебе хорошим мужем и постарался бы сделать тебя счастливой…

– Но как? Как можешь ты сделать меня счастливой?

– Я буду любить тебя.

– Но как ты будешь любить меня?