Читаем Мятежный Юг полностью

Так, в 1951 г. группа комсомольцев из Цхинвала выступила против закрытия осетинских школ и существования у осетинского языка двух алфавитов. Это законное требование было расценено как проявление буржуазного национализма и протестовавшие были сурово наказаны. Органы безопасности Грузии арестовали их и в Тбилиси на закрытом суде были осуждены на различные сроки каторги: Ванеев В. Д. — к 25 годам, Гассиев Л. С., Бекоев Г. К. и Джиоев 3. А. — к 10, а Габуев Х. — к 8 годам.

Таким образом, жители Южной Осетии лишались и права на отстаивание своих прав. Более того, на XV съезде Компартии Грузии первый секретарь в своей заключительной речи заявил, что «одна часть интеллигенции в Южной Осетии заражена буржуазным национализмом и этот национализм надо выжечь каленым железом».

Кажется, эти слова дошли «до сердца» Михаила Саакашвили в августе 2008 года. И он решил стать «Михаилом Кутузошвили».

Что же из этого получилось?

Незадолго до начала вторжения Саакашвили в Южную Осетию и в первые дни войны, кухонные стратеги из российской либеральной тусовки были преисполнены оптимизма. В победе маленькой, но гордой грузинской армии они убеждали своих почитателей истово и взахлёб. Грузия в любом случае выиграет этот конфликт, утверждали эти писатели-фантасты. Цитировать их не будем — противно. Но так, для памяти, запишем: Юлия Латынина («Еженедельный журнал», 8 августа 2008 г.), Павел Фельгенгауэр («Независимое военное обозрение», 25 июля 2008 г.), актёр и бывшее доверенное лицо Саакашвили Станислав Садальский («Столица С», 18 августа 2008 г.).

Финал известен. Через пять дней боёв «самая качественная армия на постсоветском пространстве» побросала оружие и прытко разбежалась. В качестве трофеев российские войска захватили 65 танков, около 100 самоходных орудий, боевых машин пехоты и бронетранспортёров, десятки орудий, миномётов и ракетных установок, свыше 4000 автоматов и пулемётов и огромное количество военного снаряжения.

Тбилисским стратегам было особенно обидно, что за исключением некоторого преимущества РФ в авиации, силы противников оказались примерно равными. От России воевали до десятка батальонов 19-ой и 42-ой мотострелковых и 76-ой воздушно-десантной дивизий, усиленные артиллерией и немногочисленные — также отдельные подразделения спецназа. От Южной Осетии и Абхазии — подразделения, примерно равные двум полкам. Им противостояли три грузинские бригады, прошедшие переподготовку по американской программе GSSOP (Georgia Sustainment and Stability Operations Program), обученный израильскими и американскими инструкторами спецназ, артиллерийская бригада и несколько ещё не прошедших переподготовку частей, включая территориальные формирования грузинских анклавов в Южной Осетии.

Ни по бронетехнике, ни по артиллерии российская армия перевеса не имела. Наоборот, грузинские батареи были завязаны на американскую спутниковую навигационную систему GPS, а наши так и не получил коммуникаторы аналогичной российской системы ГЛОНАСС. Грузинские танки Т-72 SIM-1 превосходили российские как по системам связи и целеуказания, так и по бронезащите. Снаряжены гвардейцы Саакашвили оказались тоже куда лучше, но никакая техника не поможет, если те, кто ею владеют, не хотят всерьёз воевать.

Цхинвал продержался двое суток, полностью взять его грузины так и не сумели, а в ночь с 9-го на 10-е оккупанты оставили город, в который вступили российские войска.

После изгнания агрессора с оккупированных земель перед глазами осетин и российских военных предстали поистине ужасающие картины.

Сошлемся на дневник телеоператора Альгиса Микулькиса от 20 августа 2008 года, опубликованный в газете «Спецназ России» (№ 8, 2008):