Читаем Мятеж воина полностью

Ясна знала, что восстанавливающих средств в аптечке не хватит на этот срок. Знал и Арвинд. Но этот вопрос не обсуждали. Все вещи сложили на середину куска палаточной ткани, связали в подобие рюкзака и прикрепили к нему лямки. Арвинд надел мешок на спину, девушка взяла обе пары лыж и палки, и они поползли прочь от места катастрофы через проплавленный в сугробе длинный узкий проход.

В первые же сутки им несказанно повезло – Арвинду удалось подстрелить снежную птицу. Биоанализатор показал, что ее мясо съедобно, и вечером, перед тем как лечь спать, они поджарили два крошечных кусочка на вертеле, сделанном из сухого прута. Должно быть, древесина оказалась неподходящей, потому что днем позже оба путешественника израсходовали все наличные медикаменты для желудка и прошли вполовину меньше, чем были должны.

Наверстать в дальнейшем не получилось. Снег, который намело за все время бури, не держал лыжи, ноги проваливались глубже, чем по щиколотку. Холод тоже давал о себе знать – шлемы Арвинда и Ясны остались под рухнувшей палаткой вместе со сменными комбинезонами, теперь голову закрывали только капюшоны-подшлемники и дыхательные маски. Ткань от палатки не годилась для защиты тела – она была толстой и твердой, как стальной лист. В нее едва удавалось только заворачиваться, ложась спать прямо на снег.

Стимуляторы пошли в ход к концу третьего дня. К началу пятого без них оказалось уже невозможно заставить себя снова продолжить путь. Арвинд упал первым – но только на колени и руки. Ясна, споткнувшись, растянулась во весь рост. Капитан подъехал к ней и рывком вздернул на ноги. Потом они прекратили поднимать друг друга. Упавший медленно собирался с силами, кое-как, с трудом выволакивал себя из снега, а второй в это время, прислонившись к дереву, пытался восстановить дыхание и прогнать из глаз зеленые искры. Помогать было нельзя – в сугроб валились сразу оба, и у двоих возвращение к движению занимало гораздо больше времени и сил, чем у одного. Встав, они снова шли вперед.

Когда начинало темнеть и трудно становилось различать, что под ногами, они разводили огонь и ложились около него на кусок полотнища, тесно прижимались один к другому, грели друг другу спины. К рассвету огонь потухал, тепло уходило из тела; они просыпались от холода и надевали лыжи скорее от страха, что совсем не смогут больше тронуться с места. Чтобы заглушить боль в пустом желудке, в рот время от времени бросали по пригоршне снега.

Лес вокруг стал значительно более редким и перекрученным, он словно цеплялся за землю, сопротивляясь противным ветрам. Буря погуляла здесь в свое удовольствие, каждый раз, шагая, надо было щупать пространство перед собой, чтобы не споткнуться о поваленное дерево.

Слишком сильно нажав на выставленную вперед палку, Ясна оступилась и упала. Несколько раз она собирала силы, но снова и снова, как раненое животное, тыкалась всем телом в снег. Арвинд молча поднял девушку на ноги, она прошла еще три шага и рухнула опять. Устоять ей уже не удавалось даже с посторонней помощью – ноги подламывались. Арвинд крикнул на Ясну, встряхнул за плечи – ее голова моталась, как у мертвой. Капитан сдернул с девушки подшлемник, замахнулся… Понял, что если даже это поможет, то только один раз и ненадолго.

Ладова подняла веки – в янтарных глазах плавала тьма.

– Уходи… – Голос девушки звучал почти невнятно сквозь дыхательную маску. – Ты дойдешь… один… потом вернешься за мной…

Капитан стиснул зубы. Оба они знали, что означало для Ясны остаться здесь. Арвинд сбросил с плеч Привязанный кусок палатки, расстелил и осторожно уложил на него девушку. Затем снял с ее ног лыжи, полосками ткани привязал поперек пару отсеченных лучевиком кусков дерева и уложил на эти санки мешок с Ясной. Пробил отверстия в загнутых передних концах лыж, из той же палаточной ткани сделал длинные лямки и накинул их на плечи. Стронуться было нелегко. Груз показался неимоверно тяжелым, лыжи несколько раз без толку скользнули по снегу. Потом санки наконец подались. Арвинд не задумывался, сколько еще осталось идти до цели и что он станет делать, когда – и если – дойдет. Не стоять на месте просто двигаться вперед – уже сделалось для него целью. Длинный, глубокий след тянулся за ними по снежной целине.

Арвинд понял, что отключился снова – уже в который раз. Рука до самого плеча ушла в сугроб; капитан лежал грудью на концах своих лыж, в ребрах была острая боль – падая, он наткнулся на верхний конец палки-опоры. Отстегнуть бы с ног крепления, освободить плечи от постромок нарт… но Арвинд знал, что потом просто не сможет надеть все это снова. С трудом вытащив руку из снега, он отстегнул дыхательную маску. Струя разреженного ледяного воздуха огнем опалила легкие.