Читаем Мятеж Безликих полностью

Когда Островной Лис возглавил Тройку Спокойствия он не преминул воспользоваться своим положением, и познакомился с лэлом Торквемадой. Это был уже не тот Великий Инквизитор, вписавший память о себе в историю человечества огромными кровавыми буквами. В тихом сухощавом человеке с кроткими синими глазами и остроконечной бородкой нельзя было узнать Великого Инквизитора или даже командора ложи Морской Гидры. Очень быстро Островной Лис сдружился с лэлом Торквемадой. Они стали все больше проводить времени вместе за бутылкой другой дорогого коньяка вековой выдержки и умными беседами о политике, магии и истории. Так постепенно Островной Лис узнал, что бывший командор ложи жалеет о своем опрометчивом уходе в науку. Если бы не это во главе ложи никогда бы не встал лэл Альберто Кантарине, фактически скормивший венецианскую ложу италийской волчице. Теперь Островной Лис хотел сыграть на этом сожалении. Если Инквизитор поддержит его, то лэл Дарио Ноччи может примерять плащ Верховного Магистра ложи. А если ему удастся заполучить лэла Торквемаду в советники, то вместе они смогут свернуть голову Волчице, а потом распространить свое влияние на всю территорию Итальянского королевства, которое сейчас билось в корчах революции.

Островной Лис вошел во Дворец Ключей и Замков. Его никто не встречал. Массивные дубовые двери захлопнулись за ним. Он остановился на мгновение, словно решался идти ему дальше или нет, и медленно зашагал в сторону витых бронзовых ворот, стоящих прямо по центру зала приемов. Обычно именно здесь оканчивался путь всех посетителей. Мало кто мог пройти дальше во внутренние покои Дворца. И уж тем более почти никто не был допущен во внутрь бронзовых ворот, ведущих в Оранжерею. Человек, не имеющий разрешения, проходил ворота на сквозь и вновь оказывался в том же самом зале. Ничего не происходило. Волшебство не срабатывало. Человек же, имевший право доступа в секретные лаборатории ложи, вступал под своды бронзовых ворот и оказывался в Оранжерее. Хитроумные маги из Тройки Упокоения спрятали Оранжерею, вырезав ее из реальности и поместив вне времени и пространства.

Магия такого уровня не была понятна Островному Лису. Это сколько сложно построенных заклинаний нужно сплести вместе, заставить каждое воздействовать на другое, отражаться от других заклинаний и резонировать, и воплотить эту многоступенчатую конструкцию в жизнь. Тут постарались не один десяток высших магов и в результате Оранжерея оказалась спрятана от посторонних. Никто не мог проникнуть в нее без разрешения от одного из трех верховных магов, управлявших работой Оранжереи. Такое разрешение лэл Дарио Ноччи получил от лэла Торквемады. Имя Островного Лиса было впечатано в память бронзовых ворот.

За все время на службе у Морской Гидры лэлу Дарио Винченцо Ноччи ни разу не доводилось бывать в Оранжерее. Он много раз слышал о ней, представлял чем она занимается и какой доход получает ложа от разработанных в магических лабораториях технологий. Но попасть в святая святых до сего момента не получалось. И теперь он шел под своды бронзовых ворот с внутренним трепетом. Быть может, этот шаг из Дворца Ключей и Замков в Оранжерею первый шаг на его пути к посту Магистра.

Лэл Дарио Ноччи вошел под своды бронзовой арки. Он увидел длинный переливающийся всеми цветами радуги туннель, уходящий далеко за горизонт. Неужели ему предстоит пройти все это расстояние. Чудовищно! Но он готов был идти хоть несколько дней кряду, лишь бы достичь цели. Второй шаг привел его на смотровую площадку, висящую над множеством лабораторий, накрытых стеклянными куполами. Куда-то подевался нескончаемый разноцветный туннель, где его просветили, взвесили, оценили и посчитали достойным. Островной Лис с восхищением взирал на расстилающиеся под ногами бесконечные стеклянные клетки лабораторий, за которыми проводились десятки, сотни, тысячи экспериментов разной степени сложности и опасности. То и дело в лабораториях что-то вспыхивало, взрывалось, рассыпалось искрами и тогда прозрачное стекло становилось мутным. Когда же мутность рассасывалось в лаборатории больше ничего не напоминало о неудачном эксперименте.

– Рад видеть вас, лэл Дарио Винченцо Ноччи, – раздался позади мага тихий вкрадчивый голос.

От неожиданности Островной Лис вздрогнул и крепко вцепился в стальные перила смотровой площадки. Он обернулся, сглотнул подступивший комок испуга и ответил:

– И я рад вас видеть, лэл Торквемада. Но нельзя так к людям подкрадываться. Можно и инфаркт подхватить. Сами знаете в нашем возрасте полезно за здоровьем следить.

– Бросьте жаловаться на здоровье. Вы моложе меня на целую пропасть лет. А все туда же в старики записываетесь. Рановато.

Лэл Торквемада был одет скромно в серые штаны, заткнутые в высокие сапоги, в просторную рубашку на выпуск с изображением извивающейся в ярости боя Морской Гидры, подхваченную на животе ремнем с золотой пряжкой. В руках верховного мага была тяжелая деревянная трость с золотым набалдашником в виде головы гидры.