Читаем Мята&Шоколад (СИ) полностью

— Запрыгивай, — проговорил парень, останавливаясь рядом с ней.

Проигнорировав предложение, она пошла дальше, словно обращались и ни к ней вовсе.

— Сменкина, садись тебе говорят!

— Я не разъезжаю с теми, кто меня ненавидит, — отозвалась Кира, обернувшись к Мещерякову, строго складывая руки на груди.

— Засунь свою гордость куда подальше и садись, — прорычал он, устало поглядывая на одноклассницу, — Едим ко мне, будем что-то делать с этим проектом.

«Зараза!», — промелькнуло в Кириных мыслях.

— Я слышал, что у тебя дома будет Новикова, так что будем у меня, — добавил он, махая рукой на место позади себя, — Сменкина, живее.

Глухо прорычав сквозь зубы, она всё-таки подошла к мотоциклу и ловко запрыгнула на него. Её лицо всё ещё демонстрировало недовольство, что дало почву для едкого комментария со стороны Артёма:

— Лицо попроще сделай, — сказал он это то ли с типичной усмешкой, то ли с дружелюбным смешком, словно говорил это близкому другу, — Держись крепче, я не собираюсь тащиться, как черепаха, — добавил он, заводя мотор.

Через некоторое время они уже во всю мчались по дорогам Питера в направлении дома Мещерякова.

***

Кира крепко прижималась к Артёму, мягко положив голову на его спину. Из-за его крепкого телосложения возникало навязчивое чувство защищённости, хотя от неловкости она так и не отделалась. Внутри её жутко сотрясало от осознания, что ей приходится обнимать того, с кем находится в разладе. Но это был единственный выход, упрятать лицо от резких порывов ветра, ведь этот дурень гнал без шлема и, конечно же, его не было и для неё тоже.

Артём же в начале испытывал дискомфорт, в один момент ему даже хотелось скорее освободить своё тело, но… после эти объятия стали казаться приятными. В том смысле, что её миниатюрные ладони, сцепившиеся в замок на его торсе, почти не ощущались. От них лишь исходило какое-то тепло, которого не хотелось лишаться.

— Всё, приехали, — сообщил Мещеряков, когда они оказались на дворовой парковке. В голосе прозвучало едва заметное разочарование, причины которого могли храниться в нескольких вещах. Например, в литературном проекте или…

— Серьёзно? — с усмешкой протянула Сменкина, спрыгивая с мотоцикла и поправляя съехавшие с плеч лямки рюкзака, что был на её спине всю дорогу, — А где же особняк?

— Чем тебе уже мой дом не угодил? — ответно усмехнулся парень, махнув рукой, как бы призывая одноклассницу следовать за ним.

— Честно, я и правда думала, что ты живёшь в многоэтажном особняке. Вечно в дорогих вещах, с высоко поднятым подбородком…

— Важно не количество денег, а твоя манера держаться в обществе, — перебил её Мещеряков, довольно сверкнув глазами и заходя в лифт.

— Получается денег у тебя нет? — с дружелюбным смешком проговорила девушка, убирая фиолетовую чёлку за ухо.

— Денег у меня достаточно, а ты больше не суй свой нос в чужой кошелёк.

После сказанного Кира решила впредь держать язык за зубами и больше не надеяться на нормальное общение. Ведь стоило ей подумать об этом, как его голос из мягкого и бархатного вновь превратился в острый и резкий.

Лифт остановился на шестом этаже. Спокойно и без слов одноклассники дошли до нужной двери. Парень быстро вставил ключ в скважину и несколько раз прокрутил.

— Проходи, — проговорил он, пропуская Сменкину вперёд, в квартиру.

— Тёма! Тёма приехал! — воскликнул звонкий детский голос, обладатель которого вмиг оказался в прихожей.

Это была маленькая девочка, что приветливо, но застенчиво улыбалась, поглядывая на вошедших. Если не зацикливаться на деталях, то её смело можно назвать мини-версией Мещерякова. Те же непослушные каштановые волосы, яркие зелёные глаза, мягкие черты лица. На голове два большущих банта, которые демонстрировали, что у неё сегодня был первый звонок. Уж больно нарядной она выглядела.

— Привет, малая, — по-доброму усмехнулся Артём, подходя ближе к девочке и присаживаясь на колени, дабы быть с ней на одном уровне, — Давно приехала?

— Да, — отозвалась малышка, обнимая парня за шею, вызывая тем самым улыбку на его лице.

Такую солнечную и беззаботную, что Кира, тихо наблюдавшая за ними, впала в ступор. Она никогда прежде не видела его таким, без всякого сарказма и грубости.

— Тём, кто это? — несмотря на то, что девочка говорила шёпотом, Сменкина всё равно её услышала.

От такого вопроса Арт, как будто опомнился и вспомнил о существовании ещё одного человека. Он выпрямился и обернулся к девушке, которая от его резкого неожиданного движения дёрнулась.

— Одноклассница, — буркнул он, вновь отвёл взгляд от Киры, — Надь, ты иди в свою комнату. Мы быстро сделаем домашку, а потом с тобой займёмся ужином. Хорошо?

Она легонько кивнула и побежала в указанном направлении, иногда катаясь в носках по гладкому полу.

Мещеряков наблюдал за ней до тех пор, пока дверь комнаты громко не захлопнулась. После он кратко посмеялся и, наконец, обернулся к однокласснице.

— Идём, — с тяжелым вздохом отозвался он.