Читаем Мягкий мир (СИ) полностью

Выпустив кузнечика, Мария бросила затуманенный взгляд на шаг вперед, потом - на другой. И увидела, что всюду прыгают по полю такие же горбатые кузнечики. Издали их можно было принять за оригинальный вид фауны, носящий на спине оранжевые цветочки. Чем крупнее цветочек, тем тяжелее, ближе к земле прыжки кузнечика. Что ж! Опустившись в траву, Мария принялась ловить кузнечиков и освобождать их от их ноши. Она еще успеет, еще сможет... Пусть это будет один освобожденный кузнечик. Десять кузнечиков. Сто кузнечиков.

Водитель нетерпеливо сигналил и мать, высунувшись из окна, что-то сердито кричала ей.

Вскоре после возвращения из лагеря началась школа. Новые встречи и новые отношения завертели Марией - она все-таки была еще ребенком и не чувствовала бега времени. Мария так и не собралась написать Свете, а чуть позже исчез пионерский галстук с адресом - должно быть, мать выбросила его вместе с другими старыми вещами.

И только много лет спустя, когда в стране была перестройка и не стало готовых, раз и навсегда вколоченных с детства ответов, а мысли выбивались мутным потоком и заносили куда-то в сторону, она опять вспомнила про Свету. Но единственным материальным свидетелем существования Светы был сосед Мавродий, который, превратившись в приветливого юношу, уже открыто ходил в платьях, скупая их в уцененных товарах.

Мария поехала в Залайск и отыскала адрес Светы через адресное бюро, но оказалось, что Милославские вместе с семьями других военнослужащих давно покинули и дом, и город.

Часто-часто, подняв трубку телефона, Мария ловила себя на мысли, что она ожидает чуда. А вдруг и в самом деле в трубке однажды раздастся:

- Здравствуй, Маша. Решила тебе позвонить. Вот.