Сестра без возражений вскарабкалась в седло.

— Люстра в центральном зале, — пробурчала она себе под нос. — Великолепное место. Всем будет хорошо видно.

— О чем это ты?

— О люстре главного зала во Дворце Пророков. Я думаю, меня повесят именно на ней.

— Все в твоих руках, — спокойно сказал Ричард, садясь в седло. — Я же не прошу никуда меня везти.

— Да уж знаю, — вздохнула сестра и вдруг как-то странно посмотрела на Ричарда: с нежностью и сочувствием. Разве только слегка напряженно. — Пойми, я всего лишь стараюсь тебе помочь. Мне кажется, ты сейчас очень нуждаешься в друге, и я предлагаю тебе свою дружбу.

— Очень любезное предложение, сестра Верна, только я, пожалуй, все-таки отклоню его. Я не забыл, как быстро ты всаживаешь в спину друзьям тот нож, который прячешь в рукаве, и воздержусь пока принимать твою дружбу. И постараюсь не поворачиваться к тебе спиной. А если ты все же говоришь искренне, то вот тебе мой совет: чем скорее ты это докажешь, тем лучше, потому что в тот день, когда я начну выяснять это сам, времени у тебя не будет. Друг не станет надевать на друга ошейник, а я собираюсь избавиться от Рада-Хань. Когда придет время, настоящие друзья мне помогут. А все прочие станут моими врагами. Мертвыми врагами.

Ричард резко сжал колени, и Бонни послушно рванулась вперед. Сестра поехала следом, не переставая что-то бормотать. Ричард прислушался.

— Люстра в центральном зале, — говорила она. — Самое подходящее место.

Глава 20

Сердце отчаянно колотилось в груди.

Изо всех сил стараясь не поддаваться страху, она спряталась за толстым стволом старой сосны и прижалась к шершавой коре. Если сестры узнают, что за ними следят…

Ночной воздух был сырым и холодным. Она затаила дыхание, вглядываясь в мрак. В горле стоял комок. «О Создатель, защити меня!»— беззвучно взмолилась она. Черная тень неслышно придвинулась ближе — еще один шаг, и незнакомец обнаружит ее укрытие. Подавив крик, она сосредоточилась и, коснувшись своего Хань, приготовилась к схватке. Действовать надо быстро, но в то же время аккуратно, иначе неизвестный успеет поднять тревогу. Прежде всего нужно его обездвижить, а потом уже выяснять, кто он такой, и решать, что делать с ним дальше.

Незнакомец нерешительно сделал еще один шаг, и в следующее мгновение, выскользнув из-за ствола, она накинула на него волшебную паутину. Невидимые нити, тугие, как канаты, моментально лишили его способности двигаться. Человек хотел закричать, но она ловко заткнула ему рот воздушным сгустком и выпрямилась, с трудом переводя дыхание.

Ни единый звук не нарушил ночную тишину, но радоваться пока рано — ведь поблизости могут быть и другие. Ни на секунду не ослабляя хватки, она с бьющимся сердцем подошла ближе, и на ладони ее замерцал крошечный огонек.

— Джедидия! — удивленно воскликнула она. — Ох, Джедидия… Как ты меня напугал! — Она вгляделась в его перекошенное от страха лицо и слабо улыбнулась: — Сейчас я тебя отпущу, но ты должен молчать. Обещаешь?

Тот, насколько ему позволяла сеть, кивнул. Она убрала паутину и вытащила воздушный кляп.

— Сестра Маргарита, — одними губами прошептал Джедидия, — ты едва не заставила мою бедную душу расстаться с телом.

— Прости, — беззвучно рассмеялась она, — но из-за тебя я и сама была близка к этому.

Маргарита обрезала тонкую нить Хань, поддерживавшую огонек, и они оба опустились на землю, стараясь прийти в себя после пережитого потрясения. Джедидия был на несколько лет моложе сестры Маргариты, но гораздо выше ее и очень красив. До боли красив, подумала она.

Сестра Маргарита была приставлена к нему с первого дня, как Джедидия попал во Дворец. Тогда она была еще послушницей. Учеба давалась ему легко, и он много занимался. Работать с ним было одно удовольствие. С другими учениками возникало много трудностей, но только не с Джедидией. Он выполнял все ее поручения. Достаточно было попросить, и он уже бежал это делать.

Во Дворце считали, что на самом деле он просто старается угодить Маргарите, но никто не отрицал, что он лучший ученик и наверняка станет лучшим волшебником, а только это имело значение. Благодаря успехам своего подопечного Маргарита довольно быстро из послушницы стала сестрой Света, и в тот день Джедидия был по-настоящему счастлив. Он гордился ею больше, чем она сама. Впрочем, она им тоже гордилась — во Дворце уже много столетий не видели волшебника такого уровня.

— Маргарита, — прошептал он, — что ты тут делаешь?

— Сестра Маргарита, — поправила она.

Он поцеловал ее в ухо:

— Мы здесь одни.

— Прекрати! — одернула его она. От поцелуя у нее мурашки пробежали по коже. Джедидия подкрепил поцелуй магией, и Маргарита пожалела, что в свое время научила его этому. Впрочем, в другое время она жаждала бы, чтобы он это сделал. — А ты как тут очутился? У тебя нет повода сопровождать сестру за пределы Дворца.