Читаем Метро полностью

– Ты хочешь сказать, что поняла, о чем он кричал? – Спросил Пустовалов.

– Он требовал, чтобы мы остановились.

– Бред! Зачем мы им нужны?

– Если они захватили метро, то…

– Захватили метро? Что за чушь!

– Ну, или станцию, не знаю…

– Что-то произошло… Там наверху. Может, какие-то террористы чего-то и захватили, но чтобы метро… Какая-то глупость.

– Террористы?

– Ну, ИГИЛ или что-то такое.

– И что можно захватить на Площади Ильича?

– Откуда я знаю! Я просто говорю, что мы не знаем всего.

Харитонов снова догнал Пустовалова.

– Ты уверен, что мы идем верной дорогой?

– А у нас есть выбор?

– Я пойду назад. – Заявила Катя.

– Ты что шутишь? – Удивился Ромик.

– А с чего вы взяли, что мы им нужны?

– Это шок, – «пояснил» Виктор.

– Это не шок! Они что, по-вашему, сидят там и ждут нас? У них там какие-то свои дела. Мы просто попались под горячую руку.

– Ты же визжала на все метро!

– Что, хочешь вернуться к этим обезьянам? – Повернулся к ней Харитонов.

– Обезьяна это ты!

– Значит, там, в вагоне я был прав насчет тебя?

– Да пошел ты!

Виктор ускорил шаг, догнал быстро отдаляющегося от всех Пустовалова, который достал из рюкзака шоколадный зонтик Simon Coll и принялся разворачивать обертку.

– Послушайте, на «Площади Ильича», в том помещении, что вы видели?

– Кевларовый шлем и людей в обезьяннике. – Пустовалов отправил шоколадную конфету в рот.

– Людей?

– Они зачем-то запихнули в обезьянник обычных пассажиров. Как сельдей в бочку. И среди них был сильно избитый мент.

Виктор нахмурился.

– Тебя ведь зовут Виктор? – Спросил Пустовалов.

– Ага.

– Ты инженер?

– Учусь в физтехе.

Пустовалов обернулся в туннель, где в полумраке мелькали усталые лица.

Катя отставала от остальных метров на пять.

– Как думаешь, отсюда можно выбраться не через станции?

– Из тоннеля? Ну, если представить метро как гигантское бомбоубежище, то оно должно делиться на автономные отсеки, и каждый такой отсек по идее должен иметь свой герметичный выход. Но я сомневаюсь, что мы сможем его открыть, даже если найдем.

Пустовалов кивнул и погрузился в свои мысли, пока его не оглушил девичий визг.

Метрах в пятнадцати луч фонаря высветил Харитонова и Катю, которую тот крепко держал за запястье.

– Еще один вопль и я сломаю тебе руку. – Говорил великан.

– Этот придурок опять за свое. – Закатил глаза Виктор.

Девушка с ненавистью глядела на Харитонова.

– Роман, свети. – Приказал Харитонов.

Луч уткнулся в его плотный затылок, переходящий в «медвежью» шею.

– Что ты делаешь? – Крикнул Пустовалов.

– Провожу воспитательную работу.

– Слушай, я видел, какую работу провели с ментом твои родственники из Гвианы.

– Лучше поинтересуйся у этой шлюхи, что она собиралась сделать.

– Это преступление! – Жестким голосом заявила Катя. – Отпусти меня сейчас же! Я иду домой.

Вопреки ожиданиям, Пустовалов не увидел в лице девушке страха, оно было перекошено от гнева.

– Это не называется идти домой, дура, это называется подвергнуть всех риску.

– Какому риску? Я никого не заставляю идти со мной!

– Ты с ума сошла! – Поддержал великана Ромик.

Катя с силой дернула руку на себя, и, судя по тому, как вспышка боли отразилась на ее лице, с таким же успехом можно дергать руку, зажатую в дубовой колодке.

– Что ты делаешь?!

Катя посмотрела на Пустовалова.

– На кого ты смотришь? – Усмехнулся Харитонов, притягивая девушку к себе. – Ему плевать на всех, кроме себя. И этот тоже не поможет…

Харитонов словно видел отражения в глазах девушки.

– Там в вагоне он чего-то дунул, а теперь запал выдохся. – Харитонов обернулся с хищной улыбкой, указав на Виктора неожиданно появившимся в руке молотком.

Виктор и впрямь казалось, впал в ступор. И толи дело было в ракурсе луча, толи что-то изменилось в самом Харитонове, но сейчас он был по-настоящему страшен, как дикий голодный медведь-шатун. Медведь-людоед.

– Свети.

Скачущий луч вернулся на место.

– Вы мне еще спасибо скажете. – Сказал Харитонов, ловко перехватывая Катину руку выше локтя. – Ничего личного, все ради общего блага.

– По-твоему, ломать руки молотком это общее благо? – Спросил Пустовалов.

– Ломать?! О чем ты говоришь! – Испугалась девушка.

Вместо ответа последовал оглушительный, почти животный далекий крик. Пустовалов слышал такой крик в детстве, когда случайно забрался с Гариком и Вадиком в свиноводческий комплекс.

– Что они там делают?

– Экзекуция. – Улыбнулся Харитонов. – Кое-кому здесь она тоже не повредит.

Медведя-шатуна дикие крики не только не пугали, но казалось, даже радовали.

– Все любят, – говорил Харитонов, пытаясь расстегнуть ремень на брюках, – когда кто-то делает за них грязную работу. Даже те, у кого есть ствол, не станут применять его, если им это невыгодно. Я правильно говорю?

Харитонов потянул руку девушки вниз, будто собирался уложить ее на рельсу, как на плаху.

Катя завизжала и стала изо всех сил вырываться.

Луч фонаря дрогнул.

– Свети! – Скомандовал Харитонов.

– Иван… – Робко начал Ромик.

– Заткнись!

– Отпусти ее, придурок!