Читаем Метро полностью

– Если есть место и ты в этом месте – тебя найдут. Если тебя нет – некого искать. Если нет места – негде искать. Их маскировка способна изменять пространство.

– Новая песня иногда хорошо звучит, – сказал старик, – только не знаешь ты, сколько я этих песен уже наслушался. Вся эта болтовня стоит не больше плана покорения мира от двадцатилетних детей, сосущих пиво на лавочке. Хотя это уже неважно, я скажу тебе проверочное слово. Это слово мотив. От кого им прятаться? Уж, не от глупых ли мартышек вроде тебя?

– Как? Для вас и это загадка? – Изумился Борис.

Старик и Гриша нахмурились.

– У-у-у, – протянул Борис и, подняв ладони к лицу, растопырил пальцы и задвигал им, будто изображал бабайку для ребенка, – у-у-у.

Руки Бориса поднялись выше и старик с Гришей, наконец, посмотрели на небо, а точнее на ту его часть, что заслонила собой статичная червоточина.

Борис видел, что старик задумался – задумался впервые по-настоящему, умножая и складывая все свои знания, накопленные за семьдесят лет, и Борис видел, что попал в точку, несмотря на плохой исход.

Старик повернулся к Грише.

– И что, это может сработать?

Гриша молчал, но его печальный взгляд говорил о многом.

– Ладно, поехали.

Втроем они пересекли узкий переулок, и подошли к белому «Мерседесу».

Гриша сел за руль. Борис повернулся было к бару «Синяя собака», но вместо синей собаки над козырьком увидел сидящую на барабане желтую обезьяну в шапочке, справа от которой огненно-красным неоновым светом горела надпись «Бар Золотая обезьяна».

Борис яростно тряхнул головой.

Завод все еще находился под охраной, но к удивлению Бориса их без проблем пропустили через оцепление, после того как старик сказал что-то вышедшему к ним человеку. Более того, им не то в помощники, не то в сопровождающие назначили довольно осведомленного офицера, который рассказал, что в бункере нашли еще один выход на поверхность.

– Магнитным методом выявили ослабление армирования в одной из стен в северной части. – Сказал он. – Сам проход не сразу нашли, из-за необычной планировки. Он вытянут дугой, идет по наклонной почти через всю территорию в сталепроволочный цех. Там под мусором в туалете пол разбит, нашли фрагмент того же металла, а под ним уже люк.

– Вскрывали долго? – Уточнил Борис.

– Лазером почти восемь часов.

Офицер провел их туда, Борис увидел квадратный металлический люк, выкрашенный черной краской. Крышка была откинута. Вниз вели ступеньки, сам проход освещался переносными прожекторами и представлял собой переход, напоминавший подземный – шириной метра три и в высоту не больше двух с половиной. Пол был ровно заасфальтирован, стены покрыты зеленой краской с побелкой. На потолке размещались решетчатые светильники без лампочек. «Шел» он действительно под уклоном и небольшим изгибом и оканчивался свежепробитым проемом в бетонной стене.

– Он был закрыт? – Уточнил Виндман.

– Бункер полностью изолирован и покрыт радиопоглощающими материалами. Здесь тоже, видите? – Он провел рукой по краю изломанной стенки. – Обследование ведется каждый день. Но пока больше ничего не нашли. Главный проход получается – крышка пусковой шахты. Приводы там есть, но не работают. Да, еще, – добавил мужчина, задержавшись в проеме, – в бункере постоянно фиксируются звуки.

– То есть слышатся?

– Да, так будет точнее, потому что приборы и звукозаписывающие устройства их не фиксируют.

– А эти звуки – крики?

Офицер слегка нахмурился.

– Похожи на крики. Иногда, на разговоры. Но разобрать невозможно.

Проход вывел их в одно из пустых помещений десятого «этажа» – судя по стеллажам и неработающим холодильникам – небольшой продовольственный склад.

По внутренней лестнице они спустились на первый «этаж» и по главному коридору прошли к торцу, откуда выбрались на проходку, окружавшую бетонную чашу.

– Здесь? – Гриша поставил на пол чемоданчик, который Борис уже видел у него на крыше новостройки и заглянул в карманный GPS-передатчик. – Ага, вижу.

– Так это возможно? – Повторил старик вопрос, заданный час назад.

Гриша спустился в чашу, поставил в центр основания чемодан, открыл его, разложил «лопасти» прибора и посмотрел наверх – на желтую дыру неба и только после этого ответил:

– Боюсь что да, Даниэль.

Борис с удивлением посмотрел на старика.

Тот стоял, ссутулившись и вцепившись в поручни ограждения. Он кивнул, но в его лице Борис не увидел растерянности.

Даниэль, повторил про себя Борис.

Гриша внизу ходил вокруг прибора и заглядывал в дисплей. Прибор издавал слабый писк.

– Я чувствую его, – сказал старик.

– Кого? – Спросил Виндман, но удостоился лишь презрительного мимолетного взгляда.

– Но ведь это другой слой. – Старик сильнее склонился над ограждением.

– Неважно, – эхом ответил гришин голос, – математически это одно пространство. Это как связь. Они могут укрыться здесь и естественно могут влиять на все в своем мире. Как только третий наберет силу, они смогут сделать то, что он говорит.

Борис понял, что Гриша имеет в виду его.

– И начать все заново в другом слое… – Задумчиво произнес старик.

– Конечно. События те же самые, но векторов развития у них бесконечно больше.