Читаем Метро полностью

На следующее утро, Харитонов «выписался» и с тростью отправился в свой блок. В группе сразу же всех построил, устроил разнос, «пугая» своим страшным ликом, затем затребовал от дежурного хозяйственную тетрадь. Найдя нужный пункт, швырнул тетрадь в дежурного, дал поручение отправить группу на работу, а сам пошел в технический отдел.

В техотделе для посетителей оборудовали что-то вроде приемной – небольшой комнаты с креслами для ожидания с желтой полосой на полу, подводящей к прилавку, за которым представитель техотдела выдавал пришедшим то, зачем они приходили.

Как правило, это помещение было пустым и стол за «прилавком» для дежурного из техотдела тоже пустовал, потому что народу у них в штате было немного, да и вообще техотдел трудолюбием и дисциплиной не отличался.

Возле прилавка располагалась кнопка со звонком, с помощью которой можно было вызвать сотрудника, если его не было на месте (а не было на месте его всегда) но пользоваться звонком могли только штатные сотрудники и охранники, остальным приходилось ждать. Раньше об этом было написано прямо под звонком на листке, но листок давно отклеился и потерялся. Харитонову все это было хорошо известно – он постоянно посылал подчиненных за лампочками и они пропадали тут на несколько часов. Теперь же он пришел сам, чтобы хоть как-то попытаться исполнить желание Кати. Только ради нее он был здесь. А казнят ли Виктора бензопилой или нет – ему было плевать.

Харитонов простоял у прилавка, опираясь на трость почти сорок минут и собрался было уже усесться, как за спиной открылась дверь, и в помещение вошел охранник.

Охранник был из высшей категории, вроде местного спецназа – Харитонов понял это по особой черной форме, защищавшей от ног до пальцев на руках. На голове у него был шлем с полным тонированным забралом.

Странно было видеть его здесь. Взгляд Харитонова скользнул по пистолету-пулемету в кобуре и полицейской дубинке на бедре. При виде дубинки, Харитонов напрягся, но виду не подал, лишь слегка отступил.

Лица охранника не было видно, но судя по тому, как он замер у двери – он несколько секунд рассматривал изувеченное лицо Харитонова и только потом вошел. Подойдя к прилавку, он заглянул внутрь, на пустой стол, затем забарабанил пальцами в защитных перчатках по столешнице и повернул свое «невидимое» лицо в забрале к Харитонову. Так они «смотрели» друг на друга несколько секунд, затем охранник покрутил пальцем вокруг своего лица и указал на Харитонова.

– Упал с лестницы, – криво ухмыльнулся Харитонов.

Охранник молча посмотрел еще какое-то время на Харитонова, затем еще раз заглянул через прилавок и, уперев руки в бока, прошелся по помещению.

Харитонов подумал, что явно мускулистый охранник все же слишком низковат для спецназовца – возможно, он был каким-нибудь начальником.

Покрутившись еще немного у прилавка, охранник сел на откидной стул у стены, а спустя какое-то время тяжело опираясь на трость, у противоположной стены присел и Харитонов.

Несколько минут они сидели друг напротив друга в молчании. Харитонов рассматривал военные ботинки охранника и периодически поднимал взгляд выше, на отполированное забрало, отражавшее лишь блики ламп. Он был уверен, что охранник тоже рассматривает его, только более откровенно – поскольку скрыт защитной маской. Харитонов знал, что такие бронированные затемненные стекла используют в спецподразделениях одной из западных стран, чтобы противник во время боя по взгляду не мог понять намерение бойца.

Текли долгие минуты, охранник перед ним сидел без движения, и Харитонову показалось, что он где-то уже видел такое поведение. В конце концов, он поставил трость между колен и, положив на нее руки как старик, произнес, поглядев в мутное забрало.

– Вы можете позвонить.

Охранник не двигался.

– Нам… пользоваться звонком запрещено, но штатным сотрудникам и охранникам можно.

На этот раз охранник неуверенно зашевелился. Сначала повернул забрало к прилавку, затем встал и осторожно подошел, в торцевой части проема увидел кнопку звонка и осторожно нажал. Все движения его были неспешными, как будто изучающими.

Когда он стоял у прилавка, боком к Харитонову, тот рассматривал его и заметил на каблуке ботинка с левой стороны несколько небольших бурых пятен. Это могла быть кровь, а могло быть что-то другое, но Харитонов помнил, что такие же пятна оставались на его ботинках, после когда он добил ногами издевавшегося над ним и Катей в метро великана.

А еще он заметил складки на бедрах и пузыри, как будто штаны охраннику были великоваты. Харитонову, который бывал на складе, и знал, что обмундирование здесь имеется самого любого размера и качества, это показалось странным.

Охранник тем временем вернулся на свое место и принялся ждать, а Харитонов насколько это возможно теперь пристальнее присматривался к нему.

Затем вдруг его осенила невероятная догадка. Обдумав ее и решив «почему бы и нет», он встал, и с явно избыточным усилием опираясь на трость, побрел к выходу, с трудом переставляя ноги.

Когда Харитонов взялся за ручку двери, охранник впервые подал голос:

– Далеко собрался?