Читаем Метаморфозы полностью

— Подожди… что-то мне как-то нехорошо… — сказала я.

В глазах резко потемнело. Боль не проходила. Я попыталась сделать вдох. В горле встал ком.

— Лейла… что с тобой? — спросил он. — Ты плохо себя чувствуешь? Не молчи, пожалуйста, я за тебя волнуюсь.

Я поймала его взгляд. Внимательный и спокойный взгляд. Без тени тревоги.

«Разве так волнуются?»

— Что с тобой? — повторил он свой вопрос.

И снова всё то же спокойствие и безразличие.

— Ничего. Всё в порядке. Мне просто нужно отдохнуть. — сказала я.

— Давай я тебя провожу.

«А, может быть, он просто растерялся?» — подумала я, чувствуя, как он берёт меня за руку и ведёт по тёмному коридору.

«Да, вполне возможно, он просто растерялся. К тому же он мужчина, он не привык показывать свои эмоции, но он встревожен, конечно же, он встревожен…»

Глава 4.

Он пришёл ко мне вечером. Войдя в комнату, он потушил свет и зажёг свечи.

— Лейла… — прошептал он, подходя к моей кровати. — Я хочу рассказать тебе страшную сказку…

— Перестань дурачиться! — засмеялась я.

— Как ты себя чувствуешь, малышка?

— Всё уже в порядке. Я скучала по тебе. Где ты опять был?

— Я гулял. Моё одиночество мне скрасила белая луна и полярный волк.

— Какой ещё волк? Не говори ерунды… Думаю, завтра я пойду с тобой.

— Нет, ты ещё плохо себя чувствуешь.

— Я хорошо себя чувствую и я пойду завтра с тобой.

— Нет, Лейла, не пойдёшь. Ты никуда со мной не пойдёшь. Запомни, ты никогда отсюда не выйдешь.

— Что?! — я не верила своим ушам.

— Это для твоего же блага. Кстати, надень это. — он протянул мне серебряную цепочку с лунным диском. — Это твоя новая защита.

— Спасибо. Я буду её беречь. — сказала я, надевая цепочку.

* * *

Несколько дней цепочка нестерпимо обжигала мою шею, но я не могла её снять. Он пристально наблюдал за всеми моими движениями. Иногда он снимал лунный диск с цепочки и подолгу держал его в руках. Мне было интересно, зачем он это делает, но я почему-то не решалась его спросить.

Ещё я заметила, что он очень внимательно следит за моими эмоциями. Он моментально улавливал моё настроение в ту или иную минуту, будь то радость или веселье. Причём, ему очень нравилось, что мои эмоции бьют через край. Он сказал, что это самое чудесное, что во мне может быть.

— Мои эмоции это самое чудесное? — удивилась я.

— Да, дорогая. Ты умеешь чувствовать как никто другой, именно поэтому ты сейчас со мной.

Тогда я не обратила внимания на эти слова. Я была слишком ослеплена своей любовью. Если бы меня в тот момент облили ведром холодной воды, может, это меня хоть как-то бы привело в чувство, но сделать это было некому и я продолжала гореть огнём немыслимой любви…

Глава 5.

Я уже достаточно его знала. Я запомнила каждую чёрточку на его лице. Я запомнила каждое его движение. Я запомнила его взгляд и голос. Я запомнила его улыбку. Я помнила его голос, когда он был раздражён, обижен, рад, грустен… Когда он говорил, я могла понять, что он чувствует, однако, я никогда не видела его эмоций как таковых. Он никогда не смеялся, не хмурился, не плакал. Его взгляд также никогда не выражал эмоций, ни радости, ни грусти, ни обиды.

«Разве так бывает? — внезапно подумала я. — Он всегда смотрит на меня так внимательно. Пожалуй, слишком внимательно, но безразлично…. Да, безразлично. — наконец-то призналась я самой себе. — В его глазах лишь холод и пустота…. А ведь глаза — это зеркало души. Какая же у него душа? Пустая и холодная, а это значит, что всё, что он говорил мне, на самом деле всего лишь красивые слова, за которыми ничего не стоит… Нет-нет, этого не может быть… Он просто скрывает свои эмоции. Он просто не хочет их показывать. Но я должна увидеть… Я должна увидеть его эмоции, а не услышать!»

Вечером я вошла в зал, где он сидел за столом и чертил какие-то схемы.

— Любимый, я хочу с тобой поговорить. — сказала я приторно-сладким голосом.

— О чём ты хочешь поговорить, малышка? — с нежностью спросил он, не отрываясь от чертежей.

Тепло разлилось по всему телу от этого нежного голоса и я забыла обо всём на свете.

«Конечно же, он меня любит, а я забиваю себе голову всякими глупостями…»

Он обернулся и внимательно на меня посмотрел.

— Так о чём ты хотела поговорить?

«А ведь у него такой чудесный взгляд… Он смотрит на меня так внимательно и конечно в глубине этих глаз таится самое большое в мире чувство, всепоглощающее и всеослепляющее…».

— Лейла, не молчи!

— Знаешь, я просто хотела тебя увидеть, но я вижу, что ты сейчас занят, и поэтому я просто понаблюдаю за твоей работой, и не буду отвлекать пустыми разговорами.

— Хорошо, дорогая. — улыбнулся он.

* * *

На следующее утро он опять собрался уходить. Я чувствовала себя не очень хорошо. Головокружение и боль в области сердца опять дали о себе знать. К тому же медальон, подаренный им, по-прежнему нестерпимо обжигал мне шею. Когда он ушёл, я сняла цепочку и прикоснулась к шее. От прикосновения шею зажгло ещё больше. Я подошла к зеркалу и не поверила своим глазам.

На шее, где висела цепочка, появились маленькие, вздувшиеся пузырьки. Что это догадаться было несложно, но каким образом я могла получить от цепочки… ожог?!