Читаем Место под солнцем полностью

– Семья на вилле плюс двое грабителей плюс Зарко Мартинес. Теперь, когда мы можем все это связать воедино, у обвинения будут развязаны руки.

– Могу я позвонить тебе для подтверждения сегодня, во второй половине дня?

– Да, можешь.

Они помолчали.

– Но зачем, – спросила Анника, – зачем она все это делала?

Кнут Гарен не ответил.

– Вы же ее знали, – продолжила Анника, – вы с ней работали. Что могло ею двигать?

В ответе полицейского проскользнула безмерная усталость.

– Думаю, что причиной были деньги. Статус, признание, шикарная жизнь…

Анника помотрела на террасу, где цвел гибискус.

– Но почему для всего этого надо было совершать преступления? У нее не было к этому никаких предпосылок, как раз наоборот. Ее свекор был шефом полиции в Боготе.

Кнут Гарен деликатно покашлял.

– Да, мы проверили твои данные о Карите Халлинг Гонсалес. Они не совсем верны.

Анника не нашлась что ответить.

– Свекор, Виктор Гонсалес, был одним из крупнейших колумбийских наркобаронов. Он, его жена и дочери были пятнадцать лет назад убиты предводителями другого кокаинового синдиката. Они сожгли его дом и взорвали подпольные лаборатории.

Анника почувствовала, что ей стало жарко, причем не от солнца.

– Но Начо и Карита говорили, что уехали в Швецию к ее родителям.

Теперь вздохнул Кнут Гарен:

– Оба родителя Кариты Халлинг пятнадцать лет назад сидели в американской тюрьме. Они владели предприятием «Селл Импакт», которое было выставлено на продажу в связи с многочисленными скандалами из-за подделки счетов и мошенничеством в бухгалтерских отчетах.

Господи, какая же она легковерная!

– Но они уже умерли, – сказала Анника.

– Наши коллеги в Швеции беседовали с ними, – сказал Кнут Гарен. – Они живут в пригороде Бёрлинге. С момента своего выхода из тюрьмы не поддерживают никакой связи с Каритой, а с тех пор прошло уже десять лет.

Анника зажмурилась. Интересно, за все время, пока они общались, переводчица сказала хоть слово правды?

Да, преступные наклонности, имя свекра и то, как он погиб, предприятие родителей. Но, вероятно, она действительно выросла в Беверли-Хиллз и, наверное, сказала правду о своем знакомстве с будущим мужем, о ее любви к нему и детям. Это не обязательно должно было быть ложью.

Анника посмотрела на полицейское ограждение террасы и вспомнила воркующий голосок Кариты, которым она представляла своих гостей, с каким самодовольством и гордостью она это делала. «Его жена была всемирно известной фотомоделью, их дочь – чемпионка Испании по выездке. Она – совладелец адвокатской конторы во Франкфурте, он был раньше директором банка в Кении…»

– Вы уверены, что возьмете ее?

– Те, кто привык к дневному свету, рано или поздно попадаются. По-другому обстоит дело с террористами и борцами за свободу – эти могут залечь на дно и прятаться столько, сколько потребуется. Но Карита Халлинг Гонсалес любит поесть в ресторанах и привыкла отдавать детей в престижные школы.

– Она совершила эти убийства по своей инициативе? Или хотела гарантировать свою безопасность, а может быть, ее заставили?

– Убийства позволяют связать воедино Зарко Мартинеса, концерн «Апитс» и семью Сёдерстрём, – сказал Кнут Гарен. – Но о побудительных мотивах Кариты Халлинг Гонсалес мы не сможем сказать ничего, пока ее не возьмем.

Анника поблагодарила полицейского за помощь и закончила разговор.

Уже отключившись, она поняла, что забыла спросить о Никласе Линде.

В Сан-Педро-де-Алькантаре Анника постояла в пробке, но потом дорога очистилась. Она на приличной скорости преодолела пользующуюся дурной славой Эстепону и поехала дальше на запад.

Когда Анника выехала на гребень горы, где от шоссе ответвлялась дорога на Торрегуадьяро, перед ней, словно гигантский айсберг, возникла Гибралтарская скала. За ней в тумане угадывались горы Риф на африканском берегу.

Плакаты и реклама здесь были уже на двух языках – испанском и арабском.

В отличие от других городов побережья Андалусии, где Анника до сих пор побывала, Альхесирас выглядел весьма неряшливо. Затейливая вязь арабских надписей еще больше усиливали эту атмосферу отчужденности.

Анника задумалась, как ей найти порт, но в это время увидела слово PUERTO, «порт», на асфальте шоссе.

Шестиполосная автострада была обсажена низкорослыми пальмами. Анника ехала по указательным стрелкам. Они привели ее к острову, покрытому лесом огромных подъемных кранов. Вся набережная, насколько хватало глаз, была уставлена грузовыми машинами. Тысячи контейнеров громоздились высокими башнями. В гавани беспрерывно грузили и разгружали суда. Было впечатление, как от грандиозного муравейника. Из Википедии Анника узнала, что по грузообороту порт Альхесираса занимает шестнадцатое место в мире. Она смотрела во все глаза, думая, как же выглядят пятнадцать портов, занимающих верхние строчки.

Она припарковала машину и прошла в терминал для пассажиров.