Читаем Место под солнцем полностью

Наступила минута молчания. Рыбы бесшумно плавали в озере. Где-то за пределами гольф-клуба стучал лодочный мотор. Тихо стрекотали телевизионные камеры. Люди переглядывались и старались выглядеть грустными.

Анника посмотрела на часы.

Через сорок секунд новый владелец решил, что этого достаточно, и поднял руки.

– Я благодарю всех гостей и корреспондентов (он поклонился в сторону телевизионщиков) и напоминаю, что ресторан открыт до.

– Теперь мы уходим, – сказала Анника, поблагодарила Рикарда Мармена и пошла к выходу.

Дорога вилась по склону горы, как толстая змея. Она была обрамлена широкими тротуарами и замысловатыми фонарными столбами. Время от времени попадались трансформаторные будки и какие-то служебные строения. Через неравные промежутки от трассы ответвлялись узкие дороги, исчезавшие в зелени долины.

Выше виднелись лишь дикие кустарники и репей.

– Неужели здесь везде дома? – спросила Анника, зачарованно глядя на гору.

– Здесь все застроено домами, – ответила Карита. – Дома здесь просторные и фантастически красивые. Почти все стоят у дорог, недалеко от шоссе. Аккуратнее.

Анника нажала на тормоз.

Прямо впереди поперек дороги зияла трещина, занимавшая половину дороги. Выбоина была огорожена коническими столбиками и красно-белой лентой.

– Господи, – простонала Анника, – как здесь вообще ездят?

– Главное, не заезжать за бордюр, – посоветовала Карита.

Дальше в паре мест шоссе было очень мокрым. Оно продолжало виться вверх, к широкой платной дороге, но до нее оставалось еще несколько сотен метров. Дождь приходил сюда с Атлантики, из головокружительного далека, а море расстилалось слева ярко-синим ковром, и вдали виднелись серо-коричневые берега Африки.

Когда они приблизились к цели поездки, первое, что увидели, – это строительство поля для гольфа. Кругом были экскаваторы, буровые машины и грузовики с дерном для лужаек. Здесь строили такое же искусственное озеро, как в Лос-Наранхос.

– Неужели богатым людям нечего больше делать, только ходить по сказочному миру и бить по неподвижно лежащему мячу металлической клюшкой?

– Они не ходят, – возразила Карита, – они ездят на маленьких машинках.

Анника ткнула пальцем в вывеску «Клуб «Ипико». Она свернула вправо. Парковка была полна дорогих машин. Они встали за «ренджровером» и пошли к низкому белому зданию с резными металлическими ставнями на окнах. Слева стояли конюшни, большие открытые стойла из темного дерева, украшенные коваными металлическими деталями, скрытыми от глаз мощными древесными кронами. Белокурые девушки с конскими хвостами занимались чистокровными лошадьми. Сидевшая на телеге женщина что-то сказала одной из девушек, и она громко рассмеялась.

Анника резко остановилась.

– Это не может быть правдой, – сказала она. – Я узнаю это место, я уже здесь была раньше.

– Ты будешь ухаживать за лошадьми? – спросила женщина по-датски. У нее были седые, коротко остриженные волосы и покрасневшие глаза.

Анника озадаченно посмотрела на нее.

– Хёкс и Кингланд снимают здесь лошадей для летнего каталога, – сказала женщина.

Она протянула руку.

– Вибеке Йенсен, – сказала она.

– Анника Бенгтзон, – представилась Анника и скользнула взглядом по каталогам, брошюрам, по упряжи и экипировке, на которые они взирали с таким почтением, когда раз в неделю катались с подругами верхом в Финнторпсе.

– Я понимаю, что ты хочешь расспросить о Сюзетте, – сказала Вибеке Йенсен.

Анника заметила, что женщина тяжело опирается на костыль. Было не похоже, что она ходит с костылем из-за какой-то острой травмы или, как некоторые, для красоты. Было видно, что палкой Вибеке пользуется давно.

– Мне надо переводить? – спросила Карита.

– Нет, я понимаю датский, – ответила Анника. – Итак, она ездила здесь верхом.

Владелица конюшен неловко повернулась.

– Мы можем пройти в мой кабинет, – предложила она.

Они прошли мимо конюшен, и Анника никак не могла избавиться от своего дежавю. Длинноногая девочка лет четырнадцати в белых сапогах ехала на чистокровной арабской лошади по дорожке с препятствиями высотой в тринадцать ладоней. В душе шевельнулось что-то неприятное, наверное, зависть или просто печаль, что исходные условия у нее были другими.

Она любила ездить верхом, и у нее на самом деле хорошо это получалось.

– Могу я попросить тебя об одной вещи?

Анника попросила воды, Карита взяла стакан красного вина.

Они сели в маленькой комнатке – то ли в лавке, то ли в гостиной. Вибеке Йенсен тяжело села, приставила костыль к письменному столу и вытянула в сторону больную ногу.

– Неудачное падение с лошади, – сказала она, перехватив взгляд Анники. – Это было четырнадцать лет назад, но я привыкла и нормально держусь в седле.

Анника смущенно отвела взгляд.

– Мы считали, что Сюзетте стоит здесь поработать, – сказала Вибеке Йенсен и сплела руки на столе. – Это очень грубая и муторная работа. Но из этого ничего не вышло. Сейчас можно сказать, что сам Бог отвел ее от беды и отправил домой.

Женщина посмотрела на конюшни, губы ее слегка вздрогнули.

– Значит, Сюзетта была здесь совсем недавно, но вернулась домой, в Швецию?

Вибеке Йенсен кивнула: