Ясно также, что поводы, служащие арабам для нападений на Израиль, представляют собой всего лишь предлог. Арабы нападали на евреев и убивали их еще за тридцать с лишним лет до провозглашения еврейского государства, то есть, задолго до появления проблемы палестинских беженцев. Указанные выше идеологические установки объясняют, почему арабы многократно устраивали еврейские погромы в своих странах как до провозглашения Израиля, так и после (ведь еврейские граждане арабских государств не имели никакого отношения к "палестинской проблеме"!). Тем же объясняются арабские войны против Израиля, развязанные до того, как в Иудее и Самарии были созданы первые еврейские поселения.

Войны 1948 и 1967 гг. были развязаны арабами против "малого Израиля", не обладавшего тоща еще "спорными территориями". В период между этими войнами Израиль постоянно подвергался террористическим нападениям федаюнов и атакам арабских армий. Сотни граждан нашей страны пали жертвами этих актов агрессии. Обстрелы израильской территории были повседневным явлением вдоль всех границ, в том числе у подножия Голанского плато, где фермеры и киббуцники платили кровавую дань сирийским снайперам/*47.

Истоки арабской ненависти к Израилю не связаны с той или иной конкретной претензией, подлежащей дипломатическому обсуждению. Не частные проблемы лежат в основе конфликта, а принципиальное неприятие арабами самого факта существования суверенного еврейского государства на Ближнем Востоке. Те, кто рассчитывают на скорое исчезновение этой ненависти, не сознают важнейших политических реалий в регионе, где панарабский национализм и исламский фундаментализм борются между собой за влияние на арабские массы.

Вышесказанное не означает, разумеется, что мир между Израилем и арабами невозможен. Установление мирных отношений возможно с теми арабскими режимами, которые сумели освободиться от страха перед исламскими и националистическими радикалами. Но и в таких случаях надлежит добиваться конкретных гарантий мира, исключающих нарушение подписанных соглашений в силу тех или иных будущих катаклизмов (подробнее об этом речь пойдет в 6-й главе).

На Западе существует тенденция рассматривать окончание холодной войны как "конец истории", то есть как завершение эпохи великих войн и социальных потрясений. Многие полагают, что окончание конфликта между сверхдержавами приведет к установлению мира на Ближнем Востоке, стоит лишь слегка поднажать да выработать приемлемую формулу компромисса. Несомненно, крах коммунизма изменил привычную расстановку сил на Ближнем Востоке: арабы лишились безоговорочной советской поддержки и щедрой военной помощи. Но это – единственный результат окончания холодной войны. Политическая культура в нашем регионе не изменилась; механизм ближневосточного насилия продолжает работать за счет собственной энергии, угрожая миру и стабильности в остальных частях света. Даже тогда, когда страх перед советской экспансией превратится в далекое и зыбкое воспоминание, Израиль, Запад и многие арабы все еще будут находиться в вынужденном противостоянии религиозному фанатизму и политическому радикализму тех арабских режимов, которые не намерены отказываться от своих захватнических устремлений и от культуры политического насилия.

Гражданам и правителям Запада легко отогнать от себя опасения, связанные с угрозой, исходящей от того или иного арабского государства. Ведь, в конце концов, население большинства арабских стран (за исключением Египта) не слишком велико, их военный потенциал сомнителен, и расположены они вдали от благополучных западных демократий. Однако подобная недооценка основана на ошибочных соображениях.

Глава третья

ПАЛЕСТИНСКАЯ ПРОБЛЕМА

Реальная угроза всему миру – Саддам Хусейн

Когда Запад позволил Ливии (всего 4 миллиона жителей) использовать средства, находящиеся в распоряжении современного независимого государства, для реализации бредовых доктрин Муамара Каддафи, по всему миру прокатилась волна ливийского террора. Когда более крупная арабская страна, Ирак (17 миллионов жителей), начала лихорадочно вооружаться, Запад предстал перед лицом еще более серьезной опасности. Кстати, Ирак, находящийся под властью Саддама Хусейна, и сегодня еще является источником угрозы, знакомой ранее разве что читателям фантастических детективов: террористическое государство, во главе которого стоит лидер, желающий сменить динамит на ядерные бомбы. Если Саддам сумеет получить в свое распоряжение ядерное оружие, то это будет первым случаем в истории, когда страшный разрушительный потенциал окажется во власти одного человека. Иракский лидер будет свободен от сдерживающего влияния научных, военных и политических кругов, определяющих ядерную политику в нормальных странах. Угроза безопасности человечества приобретет в этом случае небывалый характер, и то же самое произойдет, если ядерное оружие попадет в распоряжение сирийского режима. Самой страшной угрозе, связанной с ядерными амбициями исламского Ирана, я намерен уделить особое внимание на следующих страницах.