Читаем Месть носит «Prada» полностью

Об Алексе и Софи они больше не говорили. Энди не знала, то ли Максу неприятна эта тема, то ли ему действительно все равно, но меньше всего хотела начинать разговор. Они по очереди держали Клементину и ели, бесстыдно набивая животы, пытаясь вежливости ради поддерживать светский разговор с другими родителями. Когда полчаса спустя Энди встретилась со взглядом Макса, говорившим «я готов идти», она не возражала.

Дома Макс великодушно предложил уложить Клементину спать и вызвался подежурить перед телевизором, если Энди хочет сбегать на маникюр, который она старалась обновлять раз в неделю. Не важно, что Энди уже сделала маникюр накануне (мужчины никогда не замечают такие вещи): хорошо, она с удовольствием сходит. Через десять минут она уже сидела за столиком в «Кафе грампи» и звонила Лили.

* * *

– Зря я ему не сказала? Надо было сказать?

– Ни в коем случае! – Голос Лили взлетел на несколько октав. – Как тебе такое в голову пришло?

– Я знаю Алекса с колледжа. Он был моей первой любовью. Может, я никогда не перестану его любить. Софи я вижу раз в неделю уже несколько месяцев. Я не считаю ее плохим человеком, но верности в ней ни на грош.

– Все это не твое дело. Пусть сами разбираются.

– Как это – не мое дело?

В трубке было слышно, как завопил маленький Скай. Лили попросила подругу подождать, поставила телефон на паузу и вернулась через минуту.

– То, что происходит между Алексом и его подружкой, тебя не касается. Ты замужняя женщина, ты мать, и кто кому изменяет – не твоя забота.

Энди вздохнула.

– Разве тебе не захотелось бы знать, завяжись у Бодхи интрижка? Ты моя подруга, я бы без колебаний сказала тебе.

– Да, но ключевое слово тут «подруга». Алекс тебе не друг, он твой бывший, и как обстоят дела у него в спальне, не твоего ума дело.

– Слушай, ну с тобой просто со смеху умереть!

– Извини, говорю как есть.

Энди из вежливости спросила о Бодхи, Медвежонке и Скае и быстро попрощалась. Эмили по сотовому не отвечала, поэтому Энди набрала Майлса, зная, что он сейчас едет вместе с женой в Чикаго на встречу с потенциальным рекламодателем, а когда Эмили отправится домой, он полетит в Лос-Анджелес.

Майлс ответил на втором звонке.

– Привет, Майлс. Извини, что беспокою, но я не могу найти Эмили. Не подскажешь, где она?

– Рядом со мной. Говорит, что она тебя избегает. Мы сейчас выбираем машину напрокат.

– Что, такой плохой перелет?

– Я только передаю тебе ее слова.

– Тогда скажи ей, что новая подружка Алекса ходит в мою группу молодых мам и спит со своим студентом, который годится ей в младшие братья.

Энди слушала, как Майлс повторяет услышанное Эмили. Естественно, подруга не выдержала и тут же схватила телефон. Несмотря на разногласия по поводу «Элиас-Кларк», Эмили не могла упустить свежую сплетню.

– Объяснись, пожалуйста. Ты не говорила, что у него ребенок. А это, с учетом твоей одержимости Алексом, подозрительное утаивание информации.

Энди не знала, чему сначала возмутиться: самому обвинению или тому, что оно сделано в присутствии Майлса.

– Майлс тебя слышит?

– Нет, я отошла. Говори по делу.

– Ребенка у него нет. Его подружку зовут Софи, совершенно случайно она очень красива. Ребенок есть у ее брата, прелестная крошка по имени Лола. Так как невестка работает по двенадцать часов в сутки, в группу Лолу возит Софи. Мне кажется, она думала, это будут скорее игровые занятия, а не аутотренинг молодых мам, но все равно зачастила…

– Понятно. А откуда ты знаешь, что она спит со студентом?

– Она и сказала. Черт, да она всем об этом рассказывает! Она настаивает, что спать они как раз не спят, но у них уже давно имеет место смелый…

– То есть ты хочешь сказать, что знаешь об этом лично от нее, а при Алексе смолчала как рыба?

– Да.

– А почему, собственно?

– Что – почему?

– Тебе не кажется, что это важная информация, которая очень пригодится заинтересованному лицу?

– Кажется. Но еще мне кажется, что это не мое дело.

– Не твое дело? – закричала Эмили. – Бога ради, прекрати быть благонравной барышней и набери его номер!

– Ну, не знаю. Ты правда думаешь…

– Да. Все, я кладу трубку, мне еще предстоят два часа за рулем после третьего за неделю перелета. Я готова кого-нибудь придушить.

– Держи меня в курсе дел, – сказала Энди, но Эмили уже отсоединилась.

Энди попросила стакан воды со льдом и уставилась в пространство. Неужели все-таки позвонить и сказать? И к чему это приведет? Алекс будет шокирован, уязвлен, унижен. Почему именно она должна сообщать такую новость? А вдруг это для него не новость? Кто сказал, что он не в курсе, не обнаружил уже сам эту мерзкую интрижку или не выслушал слезное признание Софи? Или еще хуже, может, у них свободные отношения, и хотя Софи терзается чувством вины, поступая по-своему, она действует в рамках договоренности? Тогда Энди окажется в роли навязчивой, всюду сующей нос бывшей подружки, и все шаги к возобновлению общения и, возможно, даже дружбы сойдут на нет, и теперь уже навсегда?

Хотя это казалось абсолютно неправильным и непорядочным, Энди решила ничего не говорить. В умении молчать она постепенно становилась настоящим асом.