Читаем Месть белых воронов полностью

Это было последнее приятное воспоминание. Дальше становилось только хуже. Когда я это понял, я принял решение уехать отсюда навсегда и начать жизнь с чистого листа. Я научился водить родительскую машину, хоть и прав у меня не было. Их во Франции только с восемнадцати лет выдают. Поэтому на всякий случай я сделал себе фальшивые. Мне всегда хотелось этому научиться, даже несмотря на то, что альбиносам крайне нежелательно управлять автомобилем. Но из нас двоих ездил только я. По-прежнему я нес на себе роль отца и старался заботиться о брате. Защищая в школе и успокаивая дома. Однажды выяснилось, что Тим боится змей. И что во время того, когда он испытывает страх, его зрение становится еще слабее. А змей в Одеране очень много, особенно в лесах. Никогда раньше я не видел такой паники в его глазах и такой растерянности в его действиях. Тогда я снова брал все в свои руки и оттаскивал его подальше, преграждая змеям путь к брату. Поэтому сразу было полностью исключено, что Тим сядет за руль. Когда мы вместе отправились на мою очередную тренировку по вождению, было довольно солнечно. Спустя считанные минуты уже лил дождь. На горизонте появились Монт-старшие. Решение уехать было принято молниеносно. Ведь мы понимали, что в любой момент маги могут перестать церемониться с нами. И теперь, кажется, настал именно тот момент. Утром мне позвонил Тео и тревожным голосом сообщил, что, кажется, видел тех самых магов, о которых я рассказывал ему. И что бы мы были осторожнее, потому что они явно кого-то высматривали. Я вспомнил, как одним вечером, выходя из дома, обнаружил записку на пороге. В ней незнакомым почерком было написано, чтобы мы на следующий день не пошли школу. Я воспринял это как нелепую шутку соседей или угрозу от одноклассников. Сейчас же я понял, что скорее всего это все-таки был чей-то сигнал. Кто-то знал больше нас. Но только вопрос, откуда? И, по всей видимости, в тот день они задумали для нас что-то особенное. На всякий случай мы все же остались дома, соврав Агате, что неважно себя чувствуем. И этот звонок Тео я воспринял как очередной знак судьбы. Мы все-таки не пошли в школу. И Монт как будто прочитали наши мысли и узнали о задуманном побеге. Они застали нас недалеко от нашего дома. «Черт», – сказал я, – «Кажется, придется воплощать план в жизнь немного раньше, чем мы думали». В глубине души я был к этому готов, но все же было обидно, что мы даже не успели рассказать все Агате. Силуэты приближались и кричали, чтобы мы остановились. От мощной энергетики не выдержало небо и разразилось громом. Лил нескончаемый дождь, оставляя прохладные следы на нашей коже. Под шум грозы я велел Тиму сесть в машину. И в этот момент для меня было важно только одно – спасти себя и брата. Сев в машину и дрожащей рукой прокрутив ключ, мы услышали предупреждающий выстрел в небо.

Неужели это конец?

Из-за того, что у альбиносов плохое зрение, ездил я очень медленно (к тому же я только учился). Таким образом, мы снова оказались в лапах наших недоброжелателей. Я не мог так рисковать жизнью брата. И потому решил выйти из машины и принять попытки к бегству. По крайней мере, раньше это нам удавалось. Как только я хлопнул дверью машины, мы начали бежать. Бежать, как нам казалось, быстро и очень далеко. На деле же мы просто топтались на одном месте. Им было смешно, и они не скрывали этого.

– Бонжурррр, – расплывшись в своей дикой вульгарной улыбке, картаво произнесла Марго.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сочинения
Сочинения

Иммануил Кант – самый влиятельный философ Европы, создатель грандиозной метафизической системы, основоположник немецкой классической философии.Книга содержит три фундаментальные работы Канта, затрагивающие философскую, эстетическую и нравственную проблематику.В «Критике способности суждения» Кант разрабатывает вопросы, посвященные сущности искусства, исследует темы прекрасного и возвышенного, изучает феномен творческой деятельности.«Критика чистого разума» является основополагающей работой Канта, ставшей поворотным событием в истории философской мысли.Труд «Основы метафизики нравственности» включает исследование, посвященное основным вопросам этики.Знакомство с наследием Канта является общеобязательным для людей, осваивающих гуманитарные, обществоведческие и технические специальности.

Иммануил Кант

Философия / Проза / Классическая проза ХIX века / Русская классическая проза / Прочая справочная литература / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Год Дракона
Год Дракона

«Год Дракона» Вадима Давыдова – интригующий сплав политического памфлета с элементами фантастики и детектива, и любовного романа, не оставляющий никого равнодушным. Гневные инвективы героев и автора способны вызвать нешуточные споры и спровоцировать все мыслимые обвинения, кроме одного – обвинения в неискренности. Очередная «альтернатива»? Нет, не только! Обнаженный нерв повествования, страстные диалоги и стремительно разворачивающаяся развязка со счастливым – или почти счастливым – финалом не дадут скучать, заставят ненавидеть – и любить. Да-да, вы не ослышались. «Год Дракона» – книга о Любви. А Любовь, если она настоящая, всегда похожа на Сказку.

Вадим Давыдов , Валентина Михайловна Пахомова , Андрей Грязнов , Мария Нил , Юлия Радошкевич , Ли Леви

Детективы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Научная Фантастика / Современная проза
Хмель
Хмель

Роман «Хмель» – первая часть знаменитой трилогии «Сказания о людях тайги», прославившей имя русского советского писателя Алексея Черкасова. Созданию романа предшествовала удивительная история: загадочное письмо, полученное Черкасовым в 1941 г., «написанное с буквой ять, с фитой, ижицей, прямым, окаменелым почерком», послужило поводом для знакомства с лично видевшей Наполеона 136-летней бабушкой Ефимией. Ее рассказы легли в основу сюжета первой книги «Сказаний».В глубине Сибири обосновалась старообрядческая община старца Филарета, куда волею случая попадает мичман Лопарев – бежавший с каторги участник восстания декабристов. В общине царят суровые законы, и жизнь здесь по плечу лишь сильным духом…Годы идут, сменяются поколения, и вот уже на фоне исторических катаклизмов начала XX в. проживают свои судьбы потомки героев первой части романа. Унаследовав фамильные черты, многие из них утратили память рода…

Николай Алексеевич Ивеншев , Алексей Тимофеевич Черкасов

Проза / Историческая проза / Классическая проза ХX века / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза