Читаем Мертвые хризантемы полностью

– О, круто! – обрадовалась дочь. – А мы поездом или на машине?

– Это как папа решит. Все, Инка, мне собираться нужно, я еще не все вещи уложила.

Девочка послушно вернулась в постель и снова взяла в руки книгу. Полина бросила беглый взгляд на обложку, рассчитывая увидеть что-то из современных подростковых романов, но это оказался том из собрания сочинений Чехова.

– Чехов? – удивленно переспросила она, и дочь кивнула:

– Да. Театральная студия спектакль готовит, а я хочу на него отзыв написать для конкурса молодых журналистов. Вот материал изучаю…

Полине стало стыдно. Она совсем забыла, что Инна вот уже второй год занимается в школе юных журналистов, организованной местной газетой, мечтает писать о театре, а теперь, значит, еще и в конкурсе собирается участвовать. А Полина, как настоящая мать-кукушка, в пылу своих рабочих забот даже не интересуется тем, как и о чем пишет дочь.

– Почитать наброски дашь?

Инна удивленно вскинула голову:

– Почитать? Ну дам, конечно… только…

– Ну электронную почту никто не отменял, верно?

– Тогда я тебе утром скину, хорошо? – просияла дочь, и Полина снова устыдилась собственного невнимания к ее интересам.

– Обязательно. Но имей в виду – я свое мнение выскажу честно, хоть ты и моя дочь, – предупредила она, и Инна согласно закивала:

– Конечно!

– Все, детка, я пошла. – Полина закрыла дверь комнаты и побрела в спальню, где ее ждал наполовину собранный чемодан.

Обеденный перерыв наступал ровно в тот момент, когда организм подавал первые признаки голода. При соблюдении режима дня это случается примерно в одно и то же время, потому расписание составлялось таким образом, чтобы в этом промежутке пациентов не было. Напротив Центра располагался хороший ресторан испанской кухни, где можно было не просто перекусить чем придется, а вдумчиво выбрать в меню именно то, что хотелось бы съесть в данный момент. Сегодня это оказалась паэлья – ее подали в чугунной сковородке, как это делалось в Барселоне, например. Вкус, правда, напоминал барселонскую паэлью весьма отдаленно, но кто же будет требовать полной аутентичности от блюда, приготовленного из размороженных морепродуктов… Однако еда была не настолько плохой, чтобы испортить настроение. «Сейчас бы бокал вина не помешал. Если бы на работу не возвращаться… Нет, нельзя. Лучше дома, вечером. Правда, к тому времени я уже вряд ли буду хотеть вина».

В ресторан влетела молодая женщина в лимонном брючном костюме. Бирюзовый шарфик на шее развевался, как флаг на ветру. Она сразу же направилась к столику и, плюхнувшись на стул, заговорила:

– Слушай… такое дело – ключи не могу найти. Вот уверена, что это матушка их припрятала, спит и видит, чтобы я из дома убралась!

– Не кричи, что ты возбужденная такая, господи? Люди ведь кругом, ну…

– Люди? Ой, подумаешь! Знали бы они, за кого на выборах голосовать собираются! Что мне делать-то?

– Домработница откроет, не проблема…

– Ну, сегодня откроет, завтра… а послезавтра я ночью вернусь – и что? Стучать-звонить, пока полиция не приедет? С матушки станется, ты ведь знаешь…

– Кику, ну почему ты из любой мелочи раздуваешь трагедию? Ну невозможно же…

– Это для тебя мелочь, у тебя квартира своя, никто тебя оттуда не выгонит. А я того и гляди на улице останусь.

– Так уйди сама. Есть же деньги, отец оставил. Купи квартиру в городе и живи спокойно. Но ты словно нарочно нарываешься. Тебе так нравится жить с ней бок о бок?

– Да ты не представляешь даже, какое это удовольствие – видеть на ее лице страх, – понизив голос и нагнувшись к столу, произнесла Кику. – Я сегодня в мэрию зашла, так думала – матушка прямо в кабинете своем на пол уляжется в обмороке. Нет, я ни за что из дома не съеду, не дождется. Уехать – и облегчить ей жизнь? Да с чего?! Нет уж, за свои грехи каждый рассчитывается, так этот мир устроен. И даже госпожа мэр не исключение!

– Ты можешь не кричать, а? Ну голова же болит, а мне еще полдня прием вести…

– Ладно-ладно, я так забежала, пожаловаться. Все, пойду, надо еще на почту успеть, мне такую хризантему новую прислали – закачаешься! – Кику встала и, одернув пиджак, произнесла громко: – Вот, кстати, еще одна причина, по которой я никак не смогу жить в городской квартире. Все, я побежала, – и, изобразив воздушный поцелуй, она стремительно вышла из зала.

«Ну вот почему сегодня? За что мне все это, а? После обеда у меня сложная клиентка, а тут Кику со своей ненужной экспрессией… что за человек, ничего не может спокойно решить, без эмоций».

До начала следующего приема оставалось еще минут пятнадцать, значит, можно немного пройтись по бульвару и восстановить настроение и равновесие хотя бы отчасти. Нет ничего хуже, чем вот такие спонтанные встречи и истеричные женщины, склонные к экзальтации.