Читаем Мертвые Ив полностью

Я выдохнула и повернулась к нему лицом.

— Пойми, что выводит тебя из себя. Тревога ли это, нетерпение… — Джоэл прочистил горло. — Унижение? Возьми на заметку.

Я скрестила руки.

— Зачем?

Он опустил ногу.

— Потому что если ты понимаешь основу своей злости, ты сумеешь вызвать ее у других, — пауза. — Подумай об этом. С одной стороны у тебя имеется боец с дурным характером, ослепленный яростью. С другой — бдительный оппонент, контролирующий свой характер. Кто победит?

Я пожала плечами и нацепила на лицо свое лучшее выражение плевать-я-на-это-хотела.

— Всего лишь больше инструментов в твоем арсенале.

«Злость является довольно острым оружием, но…»

— Ладно, мудила.

Следующие пару часов мы провели за изучением форм «вращающиеся руки» Чи Сао. Неустанное «гавканье» мужа дало мне массу возможностей подметить источники моей ярости. «Контролируй скорость. Небрежно. Следи за временем. Сосредоточься. Ударь меня. Фук сао. Еще раз».

Потом муж прикрепил на стену деревянную доску с целями. Я бросила первый нож с вращением с двадцати футов[28]. Тот с глухим ударом вонзился в край внутреннего кольца.

Джоел слегка пнул меня по ноге, чтобы поправить стойку.

— Хорошо. Теперь чередуй: без вращения, полуоборот и несколько оборотов. И варьируй расстояние.

Я кивнула и вытерла лоб рукой.

— Помни. Здесь все так же, как и с другими тренировками. Когда ты освоишь это, все станет естественным. А этого можно добиться только повторениями, — Джоэл широко улыбнулся. — Уже ненавидишь меня?

Я усмехнулась и метнула очередной нож. Бесшумное вращение, пока он кувырком летел к центру мишени, заставило меня приподнять подбородок. После нескольких попаданий в яблочко я сказала:

— Ну, серьезно, я освоила это.

Он отпер подвальную дверь и поднял свой карабин.

— Давай выясним.

Под весом своих ножей и туманного полуночного неба я последовала за ним наружу. Наши ботинки шаркали по гравийной дорожке к озеру. Туман заволок окружавшую нас рощицу. Растительный покров покачивался из стороны в сторону.

В последний раз я сражалась с тлями на этой самой дорожке. Я помню на себе их когти. И как кровь, темная и маслянистая, сочилась из их ран. Под ложечкой возникла резкая боль. Пение птиц плыло сквозь ветки орешника. Тени под кустами сделались больше. Как и мое сердцебиение.

— Каков план? — прошептала я, когда мы пересекли причал.

— Когда они доберутся до причала, целься между глаз. Раз ты видишь их лучше меня, я буду полагаться на твои глаза, пока они не подойдут достаточно близко.

Мы встали спинами к краю. На мне было четыре ножа. Муж протянул мне еще шесть из набедренной сумки.

— А когда у нас закончатся ножи и боеприпасы?

Он указал подбородком на бухту за нами.

— Мы поплывем.

Мертвенно-бледный двойник луны неподвижно лежал на черной воде. Влажность капельками собиралась над моей верхней губой. Рядом был его карабин, наведенный на вход на причал. Потом роща осветилась сиянием, заметным мне одной.

— Понеслось, — прошептала я во тьму.

Показались тли. В количестве около двадцати штук они наводнили причал. Я взмахнула рукой и бросила нож примерно на уровне плеча. Он пролетел по воздуху, вертикально вращаясь, и плюхнулся, ударившись о поверхность воды.

«Да чтоб его в преисподнюю!»

— Ты уже их видишь?

— Нет.

Я подождала, пока первый из них не пронесся мимо последнего лодочного слипа[29]. Бросила нож. Человек-тля упал, как и следующий за ним. Оставшиеся ножи нашли свои цели. Тли падали одна на другую. Некоторые скатывались с причала и пузырились в озере. Другие проносились мимо, карабкаясь поверх упавших и попадая под залпы Джоэла.

Последние трое выживших медленно двигались на расстоянии нескольких ярдов, не обращая внимания на свинец, который изрешетил их светящиеся силуэты. Лица их были изрезаны вскользь задевшими их пулями, конечности отсутствовали, головы болтались на жилах, но они все равно приближались. Ночное зрение Джоэла было еще хуже, чем я думала.

Он посмотрел мне в глаза. Мы отступили и прыгнули с дока. Вода сомкнулась над моей головой, затапливая меня ужасом. Я протолкнулась на поверхность и пожалела, что не оставила у себя один нож.

«Поп, поп, поп» его карабина эхом разносилось по бухте. Оставшиеся тли свалились в воду.

— Блядь, — я оттолкнулась от дока. Сердце барабанной дробью грохотало в ушах. — Теперь они мудохаются здесь, — мой голос прерывался. — С нами.

Мои руки колотили по воде. Муж плавно приблизился ко мне, держа карабин над головой.

— Успокойся, Иви.

Что-то задело мою ногу. Я стиснула челюсти. Задушила крик.

— Почему ты, блядь, стрелял в них? Ты знал, что они упадут в воду, — «что-то только что снова ударило меня по ноге?» — Проклятье. Они умирают не сразу.

— Иви, прекрати. После твоей драки в бассейне я должен был заставить тебя отбросить этот страх.

Я вытянула ноги. Пошарила ими на глубине.

— Не должен ты ничего меня заставлять. Я не гребаный нарцисс. Я просто…