Читаем Мерцающий огонь полностью

В этот момент рядом с ним возник Генри – точно надоедливая муха, которая кружит вокруг, сколько бы человек от нее ни отмахивался.

– Эй, крошка-брат, – окликнул он Теодора. – Будь добр, представь меня звезде вечера. Мне так жаль, что до сих пор я не имел удовольствия вас узнать.

Он смотрел на Вивиан с тем печально известным обаянием, которое не доводит женщин до добра.

Теодор боролся с прожигающей его изнутри злостью:

– Позволь представить тебе мисс Вивиан Хьюз. Вивиан, это мой брат, лорд Генри Гиббонс.

– Здравствуйте. – Она тихо хихикнула, когда Генри поцеловал ее руку.

– Я поражен до глубины души, – протянул Генри, поворачиваясь к Теодору. – Откуда ты знаешь эту женщину? Какие еще сокровища ты от меня прятал?

От одной только мысли о том, что Вивиан подпадет под плутовские чары его брата, плечи Теодора сковало напряжением.

Генри обошел Теодора, чтобы встать поближе к Вивиан и вовлечь ее в разговор. Он расспрашивал ее о пении, работе и мечтах. Теодор молча допивал свой виски, с трудом сдерживая раздражение.

Наконец Вивиан повернулась к нему:

– Музыканты уже на сцене. Мне пора.

Генри попытался снова завладеть ее вниманием.

– Было приятно познакомиться, мисс Хьюз. Я с нетерпением жду, когда снова услышу, как вы поете.

Она хотела уйти, но Теодор последовал за ней:

– Вивиан, подожди.

Она остановилась и повернулась к нему:

– Можно сегодня я отвезу тебя домой?

Она с тревогой глянула на сцену:

– Я собиралась поехать на метро.

– Будет поздно. Пожалуйста, разреши мне тебя отвезти. Я буду чувствовать себя лучше, если смогу проводить тебя до дома.

К счастью, она согласилась, хотя и колебалась.

Несколько минут спустя он вернулся к своему столику – только для того, чтобы обнаружить за ним Клару. Она откинулась на спинку стула и пристально наблюдала за его приближением. В ее тонких пальцах снова тлела длинная сигарета, а на столе перед ней стоял полный бокал шампанского.

– Я думала, ты уже не вернешься. – В ее голосе прозвучал узнаваемый оттенок собственничества, который совсем ей не шел.

Он сел, жалея, что между ними все так, а не по-другому. Было бы намного проще, если бы он хотел ее так же, как она хотела его. Но он не мог ответить ей взаимностью и не сможет никогда – теперь он это понимал. Однако он был сыном графа и вряд ли мог привести машинистку, дочь владельца магазина и певицы французского кабаре, в свое огромное загородное поместье, чтобы познакомить с родителями. Ему следовало оставаться реалистом.

– Потанцуешь со мной еще раз, прежде чем я уйду? – попросила Клара. – Знаешь, отец до сих пор настаивает на этом своем нелепом комендантском часе, хотя мне уже двадцать три. Я взрослая женщина.

– Не стоит его винить. Он хочет как лучше.

Она постучала сигаретой по пепельнице и заговорила с горечью, которую попыталась скрыть за улыбкой, беззаботно пожав плечами.

– Естественно, и я люблю его за это. Но я хотела бы провести с тобой сегодня побольше времени, Теодор. Я тебя почти не вижу. Ты так занят на своей службе.

Он почувствовал, как на него обрушивается вся тяжесть ее надежд и желаний. Ему не оставалось ничего, кроме как подать ей руку и проводить на танцпол. Они вальсировали молча, и он старался не отвлекаться на Вивиан.

Скоро песня закончилась, они поаплодировали музыкантам и пошли к столу.

– Когда я увижу тебя снова? – спросила Клара с кокетливой уверенностью, но он понял, что скрывалось за ней на самом деле – отчаяние. Понял и пожалел, что стал причиной ее несчастья. Это было странно. Несколько месяцев назад он был полон решимости наладить с ней отношения и сделать ей предложение. Но больше водить ее за нос нельзя. Он должен был раз и навсегда решить, чего он хочет и каковы его намерения.

– Я заеду к вам завтра после пары встреч, – пообещал он. – В четыре вас устроит?

Ее лицо озарилось улыбкой:

– Да. Идеально. Если будет хорошая погода, можем прогуляться в парке.

Он поцеловал ее в щеку, и она пошла к своим друзьям у бара. Вернувшись к столу, он обнаружил за ним самодовольно ухмыляющегося Генри. Теодор тихо выругался.

– Знаешь, тебе правда пора за это взяться, – сказал Генри, как только Теодор сел и потянулся за бутылкой шампанского. Обычно он не пил так много, но сегодняшний вечер располагал.

– Ты о чем?

– О Кларе, конечно. Она ждала достаточно долго. Теперь ты попросту жесток.

– Я не нарочно.

– Ну, она безумно в тебя влюблена. Ты это наверняка видишь. А если не замечаешь, значит, ты чертов кретин. Она идеальная партия для тебя, Тео. И ты не можешь игнорировать тот факт, что отцу было бы спокойнее, если бы хотя бы у одного из нас появился наследник.

Теодор стиснул зубы:

– Разве эта ответственность лежит только на мне? На самом деле это в большей степени твоя задача.

Откинувшись на спинку стула, Генри усмехнулся:

– Забавно, если вдуматься. Похоже, никто не ждет от меня подобных свершений – удачно жениться, произвести на свет законных детей. Мама однажды сказала, что думала, будто пьянство быстро сведет меня в могилу. Якобы поэтому она не могла любить меня так, как подобает матери. Зато тебя вот… – Он подхватил и осушил свой стакан.