Читаем Мерцающие врата полностью

Телохранитель, которого нанял отец, присоединился к нам, как раз когда мы заканчивали обедать. Я откинулась на спинку стула, потихоньку изучая и рассматривая проходящих мимо людей, как вдруг один человек особенно привлек мое внимание. Он направлялся прямо к нам, и вид у него был такой, словно он только что вышел с кастинга на роль агента секретной службы. Высокий, мускулистый, неулыбчивый, он был одет в темный костюм и, как все агенты, носил темные очки. Не хватало только характерного проводка от рации, свисающего с уха, для полной завершенности образа. Когда «агент секретной службы» подошел, отец встал и протянул ему руку для рукопожатия. Тот не улыбнулся в ответ, хотя руку пожал и кивнул головой, что, по-видимому, должно было означать приветствие.

— Ты вовремя, Финн, — сказал отец, — мы как раз заканчиваем.

И в самом деле, официантка выбрала именно этот момент, чтобы пробежать мимо и вернуть отцу его кредитку. Он подписал чек, даже не взглянув на него.

— Познакомься, Финн, это моя дочь, Дана, — сказал отец.

Финн кивнул мне так же сдержанно, как кивнул до этого отцу. Я едва сдержалась, чтобы не рассмеяться. Интересно, есть стереотип телохранителя, под который Финн не подходил бы? Пародируя его, я так же сдержанно кивнула ему в ответ, но если он и заметил, что я его поддразниваю, то не подал виду.

Отец откинулся на спинку стула, но Финн остался стоять в боевой готовности.

— У меня на сегодня запланированы кое-какие дела, — сказал отец мне, и я поняла, что даже не знаю, чем он зарабатывает на жизнь. Он продолжил говорить прежде, чем я успела спросить. — Финн позаботится о тебе в мое отсутствие. Он будет сопровождать тебя, а потом отвезет домой.

Отец открыл свой бумажник и вытащил щедрую пачку евро.

— Я думаю, что ты, пользуясь случаем, захочешь пройтись по магазинам. Я верю в то, что американцы называют «целебной силой шопинга».

Это заставило меня захихикать. Да, некоторая шопинг-терапия — это «то, что доктор прописал». Хотя я прежде никогда не ходила по магазинам с огромным, неповоротливым типом в темных очках, маячащим за моим плечом. Это должно быть… интересно.

Я взяла деньги и чуть не задохнулась, когда увидела, что это пятьсот евро. Наверное, находясь в Высшей Лиге, как мой отец, человек не вполне понимает, что карманные деньги для подростка — что это всего лишь деньги на мелкие расходы. И я уже открыла рот, чтобы возразить, что это слишком крупная сумма, но отец прервал меня прежде, чем я успела хоть что-то сказать.

— Я пропустил шестнадцать подарков на дни рождения и шестнадцать подарков на Рождество, — сказал он. — Думаю, у меня есть право побаловать тебя теперь, когда у меня наконец есть шанс.

Я все еще не хотела брать его деньги. Я имею в виду, это было больше, чем я когда-либо держала в руках. Между постоянными переездами и частыми пьянками мама никогда не задерживалась слишком долго ни на одной работе. У нас всегда хватало денег на крышу над головой и еду, но редко на что-то большее.

Я проглотила слова протеста, положила пачку банкнот в карман и удостоверилась, что он плотно застегнулся.

— Спасибо, — сказала я. — Это очень щедро с твоей стороны.

Моя паранойя начала подпрыгивать и говорить: «Он пытается купить твою привязанность!» Тьфу. Я действительно очень не хотела быть настолько подозрительной.

Еще одно теплое рукопожатие отца и дочери — и отец ушел на работу оставив меня с Финном, типом, который до сих пор не дал знать, умеет ли он говорить. Это только облегчало мне задачу притвориться, что его нет рядом со мной, что я просто шатаюсь по магазинам забавы ради, одна-одинешенька.

Однако оказалось, что ходить по магазинам с Голиафом, выглядывающим у тебя из-за плеча, не так занятно, как я ожидала. Не то чтобы я всерьез думала забыть о его присутствии, я просто не ожидала, что оно окажется настолько обременительным. Не говоря уже о том, что он заставлял нервничать продавщиц в магазинах.

— Есть шанс, что вы могли бы дать мне небольшую передышку? — спросила я его, когда мы вышли из магазина серебряных изделий. Я с удовольствием провела бы там больше времени, рассматривая драгоценности, но Финн раздражал владельца магазина так явно, что я решила: единственным приличным вариантом для меня будет уйти.

Финн покачал головой.

Я нахмурилась, глядя на него.

— Вы умеете разговаривать?

Возможно, это было глупо, но я устала от его постоянного молчания.

Угол его рта дернулся, словно он подавил улыбку.

— Только когда необходимо, — ответил он.

У него был глубокий, колоритный голос, который соответствовал его габаритам. Финн был не таким огромным, как Лаклан, но все же он оставался одним из самых рослых и накачанных Волшебников, которых я когда-либо видела. По крайней мере, я предполагала, что он Волшебник. От телохранителя — простого смертного было бы немного пользы, столкнись он с волшебством.

— Я считаю, сейчас это необходимо. Объясните, почему вы должны все время находиться рядом со мной.