Читаем Мерка смерти полностью

Мисс Марпл – старая дева с очень приятным лицом и, как поговаривали, с язычком куда менее приятным, – жившая в доме, что стоял рядом с домом приходского священника, стала одною из первых, к кому обратились в поисках свидетельских показаний. Уже через какие-то полтора часа после установления факта убийства к ней пришел полицейский констебль Пэлк и принялся с важным видом теребить в руках записную книжку.

– Если не возражаете, мэм, – приступил он, – у меня к вам несколько вопросов.

– Они связаны со смертью миссис Спенлоу? – осведомилась мисс Марпл.

Пэлк удивился:

– Могу спросить, мэм, как вы узнали?

– Рыба, – пояснила мисс Марпл.

Ответ, при всей его краткости, поведал констеблю очень о многом. Он сразу сообразил, что весть об убийстве принес его собеседнице разносчик из рыбной лавки – заодно с рыбой на ужин.

– Она лежала, – кротко продолжила мисс Марпл, – на полу в гостиной; ее задушили – по всей видимости, очень узким ремнем. Однако на месте преступления орудие убийства не обнаружено.

На лице Пэлка отразился гнев.

– И как этому мальчишке Фреду вечно удается разнюхать все до подробностей... – начал он.

Однако мисс Марпл искусным приемом не дала ему договорить.

– Смотрите, – оборвала она констебля, – у вас в мундире торчит булавка.

Констебль Пэлк растерянно принялся рассматривать мундир.

– А ведь утверждают, будто английская пословица «когда булавку ты найдешь, весь день с удачей проживешь» часто сбывается, – проговорил он.

– Надеюсь, примета сбудется и на сей раз. А теперь напомните, о чем вы хотели меня спросить.

Констебль Пэлк откашлялся, принял важный вид и глянул в записную книжку.

– Мистером Артуром Спенлоу, мужем жертвы, сделано заявление. Мистер Спенлоу, таким образом, утверждает, будто в два тридцать или около того ему позвонила мисс Марпл и спросила, не сможет ли он прийти в четверть четвертого, поскольку та желает о чем-то с ним проконсультироваться. Скажите, мэм, это правда?

– Разумеется, нет, – ответила мисс Марпл.

– Вы не звонили мистеру Спенлоу в два тридцать?

– Ни в два тридцать, ни в какое-либо другое время.

– Ага, – произнес констебль Пэлк и с видом глубокого удовлетворения подкрутил ус.

– А что еще утверждает мистер Спенлоу?

– Далее он заявил, что, как вы и просили, отправился к вам, причем вышел из дому в десять минут четвертого, а когда явился по назначению, был проинформирован служанкой, что вас «нету дома».

– А вот это верно, – отметила мисс Марпл. – Он действительно сюда приходил, но я была на заседании женского общества.

– Ага, – вновь протянул констебль Пэлк.

– Да скажите же наконец, констебль, – воскликнула мисс Марпл, – в чем вы подозреваете мистера Спенлоу?

– Не следовало бы ничего утверждать на данной стадии расследования с полной определенностью, но мне сдается – заметьте, я не называю имен, – будто кто-то ловко старается уйти в кусты.

– Мистер Спенлоу? – задумчиво произнесла мисс Марпл.

Ей нравился мистер Спенлоу. То был худощавый, низенький человечек, речь которого всегда была строгой и вместе с тем чрезвычайно светской; его как бы окружала аура респектабельности. Казалось странным, что ему пришлось перебраться в деревню, ведь было ясно, что всю свою жизнь он провел в городах. Но мисс Марпл удалось однажды узнать, в чем дело: «Еще когда я был мальчишкой, – признался он ей, – мне хотелось когда-нибудь перебраться за город и развести сад. Я всегда испытывал своего рода привязанность к цветам. Да и моя жена, кстати, раньше владела цветочным магазином. Там я и увидел ее в первый раз».

Едва прозвучали эти сухие слова, как завеса повседневности вдруг приподнялась, и за нею открылась романтическая картина: другая, помолодевшая миссис Спенлоу прогуливалась там на фоне цветов.

Однако на самом деле мистер Спенлоу не знал о цветах совсем ничего. Он понятия не имел о таких вещах, как семена, подрезка, высаживание в грунт, различия между однолетними и двулетними растениями. У него в голове сложился некий абстрактный образ – образ уютного садика позади виллы, усеянного яркими, благоухающими цветами. И он попросил мисс Марпл – почти жалостно – стать его наставницей, а впоследствии часто задавал ей вопросы и заносил ответы в маленький блокнот.

Человек он был уравновешенный. Собственно, потому им и заинтересовалась полиция. С терпением и настойчивостью она собирала всевозможные сведения о покойной, и вскоре они стали достоянием всей деревни Сент-Мери-Мид.