Читаем Мэрилин Монро полностью

— Милт, дело пахнет массой проблем. Если она уедет, то — прямо сам не знаю — вполне может потерять эту роль.

— Потерять роль? Как это?

— Ну, знаешь...

Эббинс, как он сам вспоминает, на минутку замолчал, а потом ответил:

— Понимаешь, Генри, не верю я, чтобы Мэрилин что-либо тут потеряла. Она не такая дурочка. И Микки [Милтон Радин] тоже вовсе не дурачок. Микки ни разу мне не позвонил, никогда не проронил ни словечка на эту тему!

Как вспоминала Эвелин Мориарти, на этой неделе впервые была предпринята попытка воспрепятствовать Мэрилин в отъезде в Нью-Йорк — и сразу же были использованы все доступные методы борьбы. «Когда Питер [Леватес] позвонил проинформировать меня, что Мэрилин в четверг выезжает в Нью-Йорк, — сообщил Милтон Гулд, — я распорядился, чтобы он не позволил ей этого сделать. Он не позволил, но она все равно поехала. И тогда я ему приказал уволить ее». Осуществление последних, резких и сильнодействующих шагов заняло несколько недель, хотя Гулд очень рассчитывал на то, что вопрос разрешится быстро; однако в конечном итоге его приказание оказалось выполненным. Логика рассуждений была проста: студия, отказавшись от картины, сэкономит три с лишним миллиона долларов, вышвырнув на помойку ленту, на которую было использовано всего шесть пунктов съемки и двадцать актеров, — ленту, приговоренную к катастрофе с первой же беседы о сценарии, кинокартину, режиссер и главная исполнительница которой не питали друг к другу доверия. Если студия «Фокс» смогла бы найти какую-либо убедительную причину для прекращения съемок — например, серьезную болезнь звезды, — то, возможно, удалось бы даже убедить страховую компанию вернуть кинокомпании понесенные затраты. И уж в любом случае, фильм можно было, по крайней мере, отложить на какое-то время на полку, переделать сценарий, а потом возобновить его реализацию.

Если бы «Фокс» не так сильно спешил начать производство фильма (именно к этому сводились правильные советы Милтона Радина), то «С чем-то пришлось расстаться» либо стала бы хорошей картиной (сперва на бумаге, как это бывает со всеми хорошими кинолентами, — на данном этапе реализации Дэвид Браун рекомендовал особую внимательность и осторожность), либо никогда не вышла бы из фазы обсуждения сценария и сберегла бы тем самым деньги, а также труд и здоровье большого количества людей. Когда Мэрилин летела в Нью-Йорк, она ничего не знала обо всех этих махинациях.

«Все это дело было смешным, — сказал много времени спустя Генри Уэйнстайн, заново оценивая причины ненадлежащего подхода к данному событию. — Главные люди в "Фоксе" старались доказать, что они — боссы. Если бы у меня было немного больше опыта, я поехал бы с ней в Нью-Йорк, захватив с собой парочку журналистов со студии. Вместо того чтобы ломать себе голову отклонением от сроков, можно было предстоящим банкетом сделать себе неплохую рекламу; нашей команде достаточно было покрутиться вокруг и сфотографировать титры: "С чем-то пришлось расстаться" — и Мэрилин Монро! Но этих людей интересовала исключительно власть, в Голливуде она стала для всех настоящим пунктиком. А думать про власть, когда у тебя есть Мэрилин Монро, — это самая настоящая глупость».

17 мая в одиннадцать тридцать утра, как и было ранее согласовано, съемки с участием Мэрилин Монро были завершены, а Питер Лоуфорд и Милтон Эббинс, которые должны были сопровождать Мэрилин и Пат в их дороге в Нью-Йорк, прилетели на студию «Фокс» вертолетом, чтобы забрать обеих дам в международный аэропорт Лос-Анджелеса. «Конечно, вполне хватило бы и автомобиля, — согласился впоследствии Эббинс, — но Питер обожал летать вертолетом. Я ему как-то сказал, что удивлен, почему он не пользуется этим летательным аппаратом, когда надо сделать покупки в супермаркете фирмы "Сирс"».

Часом позже адвокаты «Фокса» подали на Мэрилин жалобу (датированную 16 мая и переправленную также и агентству МСА, и Милтону Радину), обвиняя ее в неявке на работу и нарушении условий контракта, а также угрожая принятием против нее суровых санкций. Если бы юридический отдел киностудии умышленно хотел как можно сильнее напугать и разозлить актрису, он не мог бы сделать этого лучше; битва обещала быть жаркой и упорной.