Читаем Мэр в законе полностью

Только как тут не вспомнить о фразе:

"Рад бы в рай, да мешают грехи".

Чугун появился внезапно? Чушь!

Таганцев был уверен в том, что старый лагерный кореш непременно даст о себе знать. И не ошибся. Гадал, правда, какой способ для встречи тот изберет.

Может, оставит все как случайность, может, напомнит о себе и станет ждать, пока Андрей сам на него выйдет после столкновений на лесной дороге и кладбище. Нет. Не произошло ни первого, ни второго.

Вишневую "девятку" с тонированными стеклами и хромированными литыми дисками на колесах Андрей заметил, когда выезжал из своего дома на службу в мэрию. Причем, боковое стекло водителя нарочито было опущено - так, чтобы "засветить" человека, сидящего за рулем. А за рулем сидел Чугун. Курил, ритмично подергивал головой в такт оглушительно гремящей в салоне автомобиля музыке. И даже не повернулся в сторону Таганцева, когда тот, вырулив из ворот служебного особняка, медленно проехал мимо. Но тут же тронулся следом, стоило черной "Волге" мэра проехать вперед метров на двадцать.

Так и шел позади до самого здания администрации Иртинска.

И припарковался рядом, наплевав на дорожный знак "Стоянка только для а/м мэрии". И из машины вышел одновременно с Таганцевым. И к центральному входу пошел вместе с ним, как будто предварительно договорившись. Молча, не поздоровавшись.

Андрей принял условия игры. Не выразил на лице никаких эмоций - не удивился, увидав Чугуна так неожиданно и близко, и, тем более, не обрадовался встрече со старым "зоновским" корешком.

Чему радоваться? Слишком уж впечатляющим было их, с позволения сказать, свидание на дороге из аэропорта.

Постовой милиционер на входе козырнул Таганцеву.

- Доброе утро, Андрей Аркадьевич!

Мэр в ответ сдержанно кивнул.

- А вы, гражданин, куда? - сержант милиции попытался преградить Чугуну дорогу.

- Он со мной, - сказал Андрей, шагнув вперед по красно-зеленой ковровой дорожке.

Этажи и коридоры мэрии миновали молча, даже не глядя друг на друга.

Молча же прошли через приемную, где навстречу с улыбкой и стопкой документов поднялась секретарша.

- Здравствуйте, Инесса Ильинична, - натянуто улыбнулся в ответ Таганцев. - С бумагами чуть позже. Я… - он посмотрел на часы, - минут тридцать буду занят, - кивнул в сторону вошедшего следом Чугуна. - Ни с кем не соединяйте.

Двойную обитую дерматином дверь кабинета плотно прикрыли.

- Ну, здорово, Чугун, - хмуро поприветствовал Таганцев.

- Ну, здорово, Таганка, - в тон ему ответил Чугун. - Или кто ты у нас теперь? Андрей Аркадьевич? Господин мэр? - губы Чугуна скривились в усмешке.

- Присаживайся, - предложил Андрей, указывая на стул.

- Узнал меня на кладбище? - прищурившись, спросил Чугун.

- Я тебя еще возле аэропорта узнал.

- Хм, глазастый! - Чугун рассмеялся. - А вот мы не знали, что ты вместе с Погодиным в той машине будешь ехать.

- Так уж и не знали! - не поверил Таганцев. - Пургу не гони!

- Да нет, про то, что губернатор в тот день поедет к самолету нового мэра Иртинска встречать, ведали. И фамилию Таганцев знали. Но я и представить себе не мог, что тот Таганцев - это ты! И потом, по идее, не должен был Погодин мэра встречать, не царево это дело, как говорится. На то заместители есть. Мы прикинули, если губернатор кого-то там встречает-привечает, значит, знакомый его. А сам Погодин в лагерях не сидел, где вам с ним познакомиться? Мы тут вообще охренели, когда выяснили, что новый мэр Иртинска - бывший московский браток, который со мной, уркаганом "синим" на колымских нарах чалился!

- Постой, Чугун… - Таганцев запнулся. - Или как там тебя?

- Заварзин. Станислав Петрович, - с вызовом представился Чугун.

- Вот ты мне, Станислав Петрович Заварзин, через слово говоришь: "мы", "мы", "мы". Вы - это кто?

- Мы - это те, кто в городе власть держит, господин Таганцев.

- Власть? - переспросил Андрей, недоуменно поведя бровью, - что, вот так, прямо, и держите?

- Держим, - подтвердил Заварзин. - И не только в городе, но и в крае.

- А Погодин, получается, помехой вам стал. И вы решили с ним разделаться. Так?

- Что там у тебя, Таганка, получается, нас не интересует. Нам важно, чтобы во всем порядок был, и чтоб Москва нам тут свою волю имперскую не диктовала. Мы на своей земле сами как-нибудь разберемся.

- Значит, воровской общак превыше всего. Не ново. И в какой-то степени понятно. А ко мне-то зачем пришел?

- Дело хочу предложить тебе.

- Послушай, Чугун, - тихо заговорил Таганцев. - Я, конечно, благодарен тебе за побег из лагеря. Видит бог, век не забуду. Для себя проси, чего хочешь. Но с местной братвой дела иметь не хочу, уволь.

- Значит, "перекрасился" ты, кореш. Братву забыл, в государевы холуи подался. Подумай еще, может, поумнеешь.

- Не о чем мне думать, Чугун. От тебя как от человека не отвернусь. А на общак пахать не буду, так и передай братве.

- Ну, как знаешь, - вздохнул Чугун. - Сам не ведаешь, что творишь, Андрей Аркадьевич.

Медленно поднявшись со стула, Заварзин вышел из кабинета.

И тут же по селектору вышла на связь секретарша.

- Андрей Аркадьевич, к вам Богдан Силаевич.

- Да, пожалуйста, - ответил Таганцев. - Пусть заходит.