Читаем Мэн (СИ) полностью

— О, я знаю такие. Девчонки рассказывали, — улыбнулась Брук.

— Только пить не забывай.

Выпроводив свою пациентку, Тэсс гладила маленькое пушистое тельце кошечки и изо всех сил боролась с желанием поехать в Нью-Йорк, найти этого МакТавиша и надрать ему уши. Если дотянется. Хоть она и чувствовала, что здесь что-то нечисто.

* * *

Жизнь потекла своим чередом. Адам теперь частенько приезжал в гости и иногда оставался на ночь. Но не всегда это был секс. Однако же, даже такая сдержанность не помешала каким-то волшебным образом о его визитах прознать маме Тифф и устроить дочери по телефону допрос с пристрастием.

Дэни звонил довольно часто. Рассказывал, что планирует приехать к празднику Тунца — соревнованию по спортивной рыбалке. Про Брук, правда, больше не спросил ни разу. Зато однажды разговорился об отце и просил Тэсс, если что, присмотреть за ним. Сестра пообещала. Отчим растил её долгие годы и был ей неплохим защитником и наставником. Тэсс на всю жизнь запомнила, как однажды её сильно ударил по голове своим рюкзаком одноклассник Чарли Эрсон. У неё потом долго болела голова. Макс на следующий же день встретил драчуна после уроков и сказал, что если он ещё раз тронет Тэсс хотя бы пальцем, то потом все свои проблемы, которые ему обеспечит сам Макс, не утащит в рюкзаке. Девочке было очень приятно почувствовать себя под защитой. К тому же, отчим никогда не ругал её слишком строго и не лез со своей любовью и заискиваниями. Да и вообще, он был нормальным мужиком. Как жаль, что именно такие спиваются чаще.

А ещё на неделе Тэсс заскочила в аптеку к Зоди. Та рассказала, что четвёртого июля ездила в резервацию к гадалке. Где-то в районе озера Намаканта живёт хорошая гадалка из народа пенобскот. Она сказала Зоди, что та выйдет замуж, когда снега уйдут в землю, а трава два раза умрёт и воскреснет. Когда тсуга поранит лапу большому бобру, а белая женщина закроет свои двери.

Мисс Полл очень старалась не прыснуть со смеху под конец этого изобилующего конкретикой и ясностью предсказания, но всё-таки не сдержалась. Сквозь смех она заверила подругу, что ей здесь, в принципе, всё понятно, только жаль гадалка не уточнила: какую именно лапу поранит бобр: правую или левую, заднюю или переднюю. Зоди махнула на неё рукой, как на безнадёжную и сказала, что всё равно будет с надеждой ждать следующей весны и таянья снега — именно это первая зацепка в предсказании.

Но персонаж по имени Норман МакТавиш всё равно не выветривался из головы и продолжал своё излюбленное занятие — всплывать, будто реальный, в минуты её одиночества и задумчивости. С некоторых пор такая манера досуга, сделалась у Тэсс преобладающей.

И до такой степени, что в один прекрасный момент этих минут набралось достаточно для того, чтобы девушка призналась уже себе наконец, что влюбилась в этого пижона из Большого Яблока и тут же обрадовано добавила, что это не только благодаря его выдающейся внешности.

Да и слово «влюбилась» не казалось ей подходящим и уместным. Оно не отображало ту палитру чувств, которые поднимал в груди и мозгах Тэсс этот человек. Отнюдь. Здесь было что-то гораздо большее, какой-то отдельный интерес к его личности, энергетике. А то, что он являлся личностью с большой буквы и с атомной энергетикой, вызывало гораздо меньше сомнений, чем его имя. Констанции жутко хотелось его узнавать, она готова была его изучать. Познавать. Раскрывать этого «павлина» для себя и себя рядом с ним. Убедиться, что он настолько уникален, насколько она это в нём увидела и всё это не только и не столько благодаря тому, что этот пижон для неё не такой как все, а потому что он действительно не такой как все, то есть, объективно.

А потом вспоминала, в какой манере они расстались, и тут же себя одёргивала:

«Всё. Корабль уплыл», — и, игнорируя какой-то такой тупой прострел сожаления через всё тело, твёрдо и решительно давала зарок больше этого красавца не вспоминать.

Тем более, что Адам этому всячески способствовал.