Читаем Мемуары Омеги полностью

Тогда-же, в старших классах обычной школы на уроках истории я узнала еще одну любопытную вещь - было небольшое количество богатых, но психически больных женщин, которые во время введения широкой практики искусственного воспроизводства, продолжали рожать детей, в том числе - самцов - "из живота", и, более того - прятали своих самцов всеми возможными способами и отказывались сдавать их на утилизацию! Некоторые из этих больных женщин со своими самцами стали укрываться от цивилизации в самых отдаленных и труднодоступных уголках планеты, а самые богатые из них тайно построили укрепленные подземные убежища - бункеры. Вторая половина 21-го века так и вошла в историю под названием - "эпоха зачистки бункеров", или просто - "эпоха бункеров". За этот период по всему миру, преимущественно - в экваториальных областях - было обнаружено и обезврежено несколько сотен бункеров. Самцы были уничтожены, а женщины - отправлены на принудительное психиатрическое лечение. Далее, некоторые из них были вылечены и интегрированы в общество, а безнадежно больные - так и закончили свои дни в психиатрических больницах.


Я не знаю - кто я сейчас - мужчина или женщина? Но в этом сне я могу хотя бы приблизительно определить эпоху - конные экипажи, примитивные автомобили на колесах со спицами, дома с застекленным окнами - видимо - Америка или Европа, конец 19-го - начало 20-го века. Я только что вышла (вышел) от врача - диагноз подтвердился - мне осталось жить два-три месяца. Я думаю о том, что, если бы меня сейчас не было на том месте, где я стою - мир бы этого не заметил, и ни капельки не изменился - он был бы такой-же - светило бы солнце, ездили бы экипажи, ходили бы люди... Мне плохо. Мне очень очень плохо!


Мир был прекрасен, логичен и понятен. История человечества в лице женщин, с помощью эволюции и науки, под наблюдением доброй и мудрой Богини Марии, медленно, но верно стремилась к прекрасному светлому будущему, в том числе и лично моему, уже становящемуся настоящим. Была лишь одна серьезнейшая логическая несостыковка, диссонанс, мешавший полной гармонии с окружающим миром - мои сны. Судя по всему, подобной проблемы ни у кого из моих знакомых не было, и чем старше я становилась - тем четче понимала всю важность совета "бабушки" - если про сны хоть кто-то узнает - путь мне в лучшем случае в психушку...

Постепенно, с годами, я начала понимать если не сюжеты, то хотя бы гипотетическое происхождение своих снов - я видела те моменты из жизней людей прошлых эпох, когда они испытывали наиболее сильные эмоции и переживания - как положительные, так и отрицательные. Я видела неведомые земли и пейзажи. Я видела множество странных животных - кое-каких удалось идентифицировать при помощи пособий по палеонтологии, и, таким образом, я установила, что "датировка" некоторых из моих снов - десятки или даже сотни ТЫСЯЧ лет назад! Во сне я очень часто умирала - меня убивали всеми мыслимыми и немыслимыми способами, я погибала на всех известных и неизвестных войнах с обоих сторон - от побоищ пещерных людей до атомных бомбардировок - в одном из снов я успела увидеть ядерный взрыв! На меня бросались разнообразнейшие хищники, большинство из которых я так и не определила, меня (ребенка) уносили огромные птицы, я сражалась и меня убивали всеми видами первобытного, средневекового и близкого к современному оружия, я тонула во всех океанах на всех типах архаичных судов. Но я видела отнюдь не только смерть - за микроскопическими вспышками моих снов постепенно начала угадываться вся история разумного человечества - эволюция разума, расселение по континентам, разделение на расы и народности, смена социальных моделей.

Наверное, мне удалось бы привыкнуть к своему скорее проклятию, нежели дару, если бы получаемая мной во сне информация соответствовала таковой из "официальных источников". Но она противоречила большинству из того, чему меня учили в школе - во сне я видела множество мужчин всех эпох и народов - я сама была этими мужчинами - но они определенно не были слабоумными карликами - они были другими, непривычными, у них были странные тела и голоса - но они были крупнее и сильнее женщин, ярко и интересно жили и умирали - ярко и интересно чувствовали! В снах я редко бывала в женском теле - обычно я видели фрагменты жизни (смерти) именно мужчин.


Сознание искало выход, и, годам к к 13-14-ти, как мне казалось, я его нашла. В те годы я взахлеб увлекалась фантастикой.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1991: измена Родине. Кремль против СССР
1991: измена Родине. Кремль против СССР

«Кто не сожалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца» – слова президента Путина не относятся к героям этой книги, у которых душа болела за Родину и которым за Державу до сих пор обидно. Председатели Совмина и Верховного Совета СССР, министр обороны и высшие генералы КГБ, работники ЦК КПСС, академики, народные артисты – в этом издании собраны свидетельские показания элиты Советского Союза и главных участников «Великой Геополитической Катастрофы» 1991 года, которые предельно откровенно, исповедуясь не перед журналистским диктофоном, а перед собственной совестью, отвечают на главные вопросы нашей истории: Какую роль в развале СССР сыграл КГБ и почему чекисты фактически самоустранились от охраны госбезопасности? Был ли «августовский путч» ГКЧП отчаянной попыткой политиков-государственников спасти Державу – или продуманной провокацией с целью окончательной дискредитации Советской власти? «Надорвался» ли СССР под бременем военных расходов и кто вбил последний гвоздь в гроб социалистической экономики? Наконец, считать ли Горбачева предателем – или просто бездарным, слабым человеком, пустившим под откос великую страну из-за отсутствия политической воли? И прав ли был покойный Виктор Илюхин (интервью которого также включено в эту книгу), возбудивший против Горбачева уголовное дело за измену Родине?

Лев Сирин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Романы про измену
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Льюис , Бернард Луис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное