– Да, – сказал Моисей, – для нас это выход, но как же ты? У нас ведь все грамотные. Каждый второй – писатель. О тебе такого понапишут – страшно подумать. Через сто лет обрастешь историями, так что нельзя будет и догадаться, что было на самом деле. И непременно каких-нибудь убитых младенцев приплетут. Ты уж мне поверь! Я, вообще-то, и сам писатель.

– Наплевать, – сказал фараон. – Через сто лет я буду лежать вон в той пирамиде, и мне все равно, что здесь обо мне подумают. А без убитых младенцев ни одной красивой легенды не сочинишь. Кстати, о младенцах – сынок мой, кажется, вырастет в большую сволочь. Как только станет фараоном, вам действительно лучше отсюда сваливать. Вы подготовьтесь толком. Чтобы потом не бродить по пустыне сорок лет. Пошли кого-нибудь в Ашкелон, Беэр-Шеву… Хорошие места и недалеко. Пусть они вам оттуда вызов пришлют.

– А история будет прекрасная, – мечтательно сказал Моисей. – Что-нибудь такое особенное… перепелки с неба будут сыпаться.

– Жареные, – подсказал фараон.

И оба засмеялись.

<p>Сказка на Пурим</p>

Давным-давно в городе Сузы жил великий царь Ахашверош. Он правил огромной империей, которую населяла уйма народов, говоривших на множестве языков. Были там, конечно, и евреи. И антисемиты, разумеется, отравляли им жизнь тогда, как и теперь. Были у царя огромные разукрашенные дворцы и множество стражников в сверкающих доспехах. Сотни прекрасных прислужниц накрывали ему на стол и стирали его шаровары. Лучшие поэты воспевали самого царя, его дворцы, стражу, прислужниц и шаровары, и всего этого царю казалось не довольно. Он был глуповат и как осложнением от глупости страдал хвастливостью. Поэтому он созвал к себе на пир всех мало-мальски видных людей своей империи и сто восемьдесят дней кормил их наилучшими яствами и поил распрекраснейшими винами. И все эти дни беспрерывно хвастал своим богатством и могуществом. Он показывал гостям, какие златотканые покрывала хранятся в его кладовых и какие драгоценные камни лежат в его сокровищнице. Он демонстрировал картины и статуи, украшавшие его комнаты и сады. И дюжие носильщики таскали туда-сюда мраморных и бронзовых богов и богинь. Царь призвал на пир лучших музыкантов и танцоров империи и дал пирующим насладиться их песнями и плясками. Он велел принести кубки и чаши из золота и самоцветов, ларцы и сундуки из лазурита и слоновой кости, украшенные дивной резьбой и янтарем, привезенным из еще не открытых для туризма северных стран.

Библиотекари разворачивали перед гостями древние свитки, каких не было больше ни у кого на свете, а царские маги поражали собравшихся, извлекая свет из тьмы и звезды из древесных опилок. И вот, все диковинки и чудеса, все сокровища и драгоценности были показаны. Пир еще продолжался, но нечем стало изумлять гостей. Тут бы царю и отправить их по домам. Но он еще не насытился восторгами и велел позвать свою жену, царицу Вашти, чтобы она, сняв покрывало, обнажила перед ними совершенство своего лица.

Царица все эти дни пировала с женами дорогих гостей. Она устала от музыки, множества болтливых женщин и опасалась, что затянувшаяся трапеза может повредить ее фигуре. Поэтому, когда посланник царя передал ей его приглашение, она только рукой махнула и приняла снадобье от головной боли.

Царь был взбешен. Он разогнал гостей, а потом лишил царицу ее титула и выгнал вон из дворца. Будучи человеком недальновидным, он и приближенных имел такого же толка. Они посовещались и решили объявить открытый конкурс на замещение вакантной должности великой царицы. А если конкурс действительно открытый, то победить в нем может любая. Еврейка в том числе. Умные люди это бы поняли и своевременно приняли меры. Царские же евнухи были простодушны и представляли царю всех красавиц без разбора. И победительницей оказалась прекрасная Эсфирь. Как и другие еврейские девушки, она знала на память лучшие стихи эпохи, могла проинтегрировать несложную функцию и помнила даты главных исторических событий начиная с сотворения мира. Короче говоря, она была умна и образованна. Царь с удовольствием уступил ей скучное управление империей. И она навела в ней порядок. В кои-то веки! Да и то, увы, ненадолго…

<p>Сказка на Шавуот</p>