Читаем Медведь и Дракон полностью

— Скажи, Миша, насколько умными были твои враги из мафии в Нью-Йорке? — спросил Провалов, поднося к губам второй стакан.

Райли последовал его примеру.

— Они совсем не походят на киногероев, разве что в «Гудфеллас». Мафиози просто дешёвые бандиты. Они не имеют образования, а некоторые просто глупы. Их характерная черта заключалась в том, что, когда они отказывались давать показания, они называли это «омерта», закон молчания. Я имею в виду, что после ареста они никогда не шли навстречу правосудию, отказывались сотрудничать. Однако с течением времени это изменилось. Крутые сицилийцы, приехавшие со своей родины, вымерли, а новое поколение гораздо слабее — тогда как мы стали круче. Гораздо легче с улыбкой провести три года в тюрьме, чем отбывать десятилетний срок, и руководство организации раскололось. Они перестали заботиться о семьях, главы которых находятся в тюрьме, а это плохо для морального состояния заключённых. И тогда они стали сотрудничать с нами. Да и мы поумнели, наши агенты снабжены новейшей техникой, появилось электронное наблюдение — теперь это называют «специальные операции»; в прежнее время они носили название «операции чёрного мешка» — и мы не очень обращали внимание на получение судебного ордера. Я хочу сказать, что в шестидесятых дон мафии шёл помочиться, и мы тут же узнавали цвет его мочи.

— А они не пытались предпринимать ответные действия?

— Ты хочешь сказать, оказывать сопротивление? Убивать агентов ФБР? — Райли усмехнулся при такой наивной мысли. — Олег, никто никогда не пытается сопротивляться агентам ФБР. В то время, да и сейчас до некоторой степени, мы представляем собой Правую Руку Самого Господа Бога, и если ты борешься с нами, с тобой случаются по-настоящему плохие вещи. По правде говоря, никогда не происходило ничего подобного, но плохие парни беспокоятся, что это может произойти. Иногда мы слегка подгоняем правила под наши действия, но никогда не нарушаем их. По крайней мере, мне неизвестно об этом. Но если ты угрожаешь бандиту серьёзными последствиями, если он переступит определённую черту, по всей вероятности, он воспримет такое предупреждение серьёзно.

— У нас дело обстоит иначе. Пока ещё они не уважают нас.

— Ну что ж, от вас самих зависит, как выработать в них такое уважение, Олег. — Действительно, сама концепция очень проста, хотя её осуществление, как хорошо знал это Райли, будет совсем не таким лёгким делом. Возможно, понадобится, чтобы местные копы время от времени переступали черту закона, демонстрируя преступникам, чем карается неповиновение. Это было частью американской истории, подумал Райли. Городские шерифы вроде Уатта Эрпа, Бэта Мастертона и Дикого быка Хикока, Одинокого Волка Гонзалеса из техасских рейнджеров, Билла Тильгмана и Билли Триперсонс из службы федеральных маршалов — это были копы того времени, которые не то чтобы приводили законы в жизнь, а просто осуществляли их исполнение, проходя по улицам американских городов. В России не было таких легендарных копов. Может быть, им понадобилось бы несколько. Это было частью американских традиций для каждого копа, и, смотря вестерны по телевидению и в кино, граждане Америки воспитывались с ожиданием того, что при нарушении закона в их жизни может появиться такой коп и это не всегда окажется приятным для тебя. ФБР возникло в период Великой депрессии, когда преступность была на подъёме, и воспользовалось традициями вестернов с помощью современной технологии и процедур борьбы с преступниками для создания собственной мистической силы. Чтобы добиться успеха, агентам ФБР понадобилось посадить в тюрьму множество преступников, а также убить некоторых прямо на улице. Граждане Америки поверили, что копы являются героическими фигурами, которые не просто следят за исполнением законов, но и защищают невинных. В России не было подобных традиций. Их создание решило бы многие проблемы в бывшем Советском Союзе, где твёрдо закрепилось убеждение, что милиция — это средство подавления, а не защиты граждан. В русских фильмах не было таких героев, как Джон Уэйн или Мелвин Первис, и из-за этого нация только страдала. Как Райли ни нравилось работать здесь и хотя он научился любить и уважать своих российских коллег, его приезд сюда напоминал перемещение в мусорную кучу с приказом сделать её такой же чистой и упорядоченной, как Бергдорф-Гудмэнс в Нью-Йорке. В России имелись все необходимые составляющие, но их правильная организация будет настолько трудна, что подвиг Геракла по очистке Авгиевых конюшен покажется детской игрой. У Олега была необходимая мотивация, он многое знал и умел, однако предстоящая работа по расследованию убийства на площади будет для него нелёгким испытанием. Райли не завидовал ему, но чувствовал, что придётся помогать парню по мере сил.

— Я не завидую тебе, Миша, но мне хотелось бы иметь такой же статус, какой имеет твоя организация в Америке.

— Этого нелегко добиться, Олег. Наш статус является результатом многих лет работы и огромных усилий хороших людей. Может быть, тебе стоит посмотреть кино с Клинтом Иствудом.