Проскочили мост через каньон, на частых стыках колеса устроили вагонный перестук. После моста дорога пошла в гору, мотор натужно загудел. Холмы подступили к самой обочине, Белке стало видно лишь черноту и багровый отсвет габаритных огней на асфальте. Она закрыла глаза, легла на спину.

33

Фургон остановился, Белка тут же проснулась. Подползла к двери — ей удалось разглядеть какой-то сарай со слепым фонарем над входом. Из-за крыши выглядывал мутный край полной луны. У завалившегося забора стоял старый пикап с горбатым кузовом.

Захрустел гравий под каблуками, кто-то зычно зевнул и от души хлопнул дверью кабины.

— Вот ведь темень… — Бес кряхтя потянулся. — Черт ногу сломит.

Он выругался, сплюнул.

— Не «Хилтон», это точно. А с этой что? — услышала Белка голос одноглазого.

— Потом выведу пописать. Пошли.

Бес начал колотить в дверь сарая.

— Абла ла пуэрта, Карла! — крикнул он, пару раз для убедительности пнув в дверь ногой. — Просыпайся, старая карга!

Долго не открывали. Желтый свет фонаря освещал деревянные ступени крыльца, вылинявшую надпись на доске — какая-то ферма — и две темных фигуры: щуплый Бес рядом с одноглазым верзилой выглядел как ребенок. Наконец дверь распахнулась, они вошли.

Рыхлая луна выползла из-за крыши, осветила двор пыльным белесым маревом. За сараем виднелась ограда, сложенная из дикого камня. Дальше начиналась пустыня, темнели холмы, похожие на застывшие океанские волны. Где-то там, в непроглядной дали, завыл койот. Белка поежилась.

Из-под двери тянуло сыростью, горько воняло мокрой гарью. Белка толкнула дверь плечом, потом легла на спину, с силой уперла подошвы ботинок в обе створки. Надавила — засов скрипнул, но дверь не поддалась. Так дело не пойдет, нужно по ней как следует трахнуть. Белка, как на уроке физкультуры, прижав колени к подбородку, сжалась пружиной, а после коротким броском ударила каблуками в дверь. От грохота ей самой стало страшно, она замерла и стала ждать. Из сарая никто не вышел, только в дальнем конце загорелось окно. Потом другое. У Белки тряслись руки, она отползла в угол, обхватив колени, прижала их к груди. Мерзко дрожали губы — это от холода, от холода, пробормотала Белка вполголоса.

Бес появился минут через сорок. Белка словно почувствовала, что он сейчас придет. И тут же скрипнула дверь, по крыльцу протопали башмаки, потом захрустел гравий — все ближе и ближе. Клацнул замок, раскрылась дверь. Луч фонаря ослепил Белку, она загородилась руками.

— Ну вот… — тихо проговорил Бес. — Все получается даже лучше, чем я смел мечтать. Я про праздник.

Он засмеялся. Белка не видела его, только сноп белого слепящего света.

— Выползай, — нежно позвал он. — Пойдем, погуляем…

Белка на карачках доковыляла до двери, легла на живот, сползла на землю. Ноги затекли и не слушались.

— Ну не ленись, пожалуйста. Шагай. — Бес фонарем подтолкнул ее. — Покажу тебе кой-чего…

Белка, шатаясь, пошла. Бес светил ей в спину. Она наступала на свою прыгающую по щебенке тень, огромную и уродливую. Между двух столбов на веревке сушилось белье, в темноте тряпки были похожи на шеренгу задумчивых привидений.

— А теперь — левее, — сказал он. — Гараж видишь?

Луч фонаря выхватил кусок пригорка и приземистую постройку с ржавыми воротами. Рядом стоял скелет грузовика, по бампер вросший в песок. Бес повесил фонарь на крюк в стене, начал возиться с замком.

Белка сжала кулаки, сделала осторожный шаг — если браслетами со всего маху в темя…

— Стоять, — не поворачиваясь, строго сказал Бес. — А то будет очень больно.

Вошли, Бес щелкнул выключателем. Скудный свет — дохлая лампа в жестяном абажуре вспыхнула над дощатым помостом. Посередине стояло деревянное кресло с прямой спинкой. Оно было выкрашено в яркий оранжевый цвет. Белка застыла.

— Я знал, что тебе понравится… — проговорил Бес, подталкивая Белку к помосту. — Не бойся, ближе подойди.

К подлокотникам кресла были приделаны металлические кольца с зажимами для рук, от них по доскам помоста змеились толстые провода в черной резиновой оплетке.

— До двух тысяч вольт, конечно, не дотягивает — генератор хиловат. — Бес подошел к трансформаторному ящику, открыл крышку. — Пробки вышибает. Где-то пятьсот-шестьсот максимум. Но так даже интересней…

Он поднялся на помост, обошел кресло, провел рукой по спинке.

— Ты мне ничего не сделаешь. — Белка постаралась говорить спокойно, она сглотнула. Ей казалось, что от страха ее сейчас вырвет. — Все знают, что я…

Бес засмеялся, пружинисто спрыгнул с помоста.

— Какая простота! — Он отряхнул ладони. — Умильно до слез.

— Комендант знает… Ты подписал бумагу, там, в суде — я видела… Ты должен меня доставить…

— Разумеется! — Бес сделал удивленное лицо. — Кто же сомневается! Должен — значит, доставлю. В целом виде или по частям. Сырую или запеченную. Но непременно доставлю.