Читаем Меч теней полностью

Мариэль сжималась в тени, держала посох Эолин. Слезы текли по лицу девушки. Ее плечи тряслись, как листья на ветру.

— Мариэль, — голос Эолин был спокоен. — Опусти мой посох и взберись на бук позади тебя, так быстро и высоко, как только сможешь.

— Но Мага Эолин…

— Делай, как я говорю. Если дела пойдут плохо, ты не должна спускаться до рассвета.

Всхлипнув, юная мага взбежала по дереву. Эолин подозвала к себе посох. Водяной кристалл вспыхнул, отбрасывая свет цвета слоновой кости на угасающий огонь, полностью освещая существо.

Монстр застонал, жадный вой родился из ненасытного голода.

Эолин шагнула вперед, обойдя Бортена слева.

— Оставайтесь позади меня, — приказал он.

— Вашего меча может быть недостаточно, — ответила она.

Делрик вылетел из леса с воинственным кличем. Бортен прыгнул вперед, и они атаковали как один, сверкая клинками в серебристом свете.

Существо встало на задние лапы и схватило Делрика когтистыми руками, разорвав горло коренастого человека и отбросив его труп в сторону.

Бортен отшатнулся, на его лице отразились страх и замешательство.

— Мечи, — выдохнул он. — Мечи ничего не делают.

С ужасом Эолин поняла правду его слов. Их мечи не оставили следов, хотя они много раз порезали его плоть.

Монстр поднял сплющенную морду к небу, издав глухой крик. Он атаковал Бортена, который отползал, уклоняясь от удара за ударом.

Эхекат, фэом думэ!

Оглушительный рев вырвался из посоха Эолин. Существо, спотыкаясь, отшатнулось от рыцаря, мотая лысой головой и нанося удары в пустоту.

Нэом энре!

Огонь вырвался из ладони Эолин и поглотил монстра красным пламенем. Он упал на колени, издав пронзительный крик. Давление на уши Эолин стало невыносимым. У нее перехватило дыхание. Магия вышла из-под ее контроля. Пламя угасло, и существо, невредимое, с трудом поднялось на ноги, его нефритовая кожа сияла.

Его черная пасть работала медленно и ритмично. Угольные глаза закрылись и снова открылись. Внимание существа было обращено на Эолин, и его глубокий, навязчивый стон заставил ее содрогнуться.

Опустившись на четвереньки, к ней шел демон Наэтер.

— Нет! — Бортен вскочил на него с бесполезным мечом в руке. Существо оттолкнуло его. Бортен с громким треском ударился о ствол соседнего дерева. Его тело безвольно упало на землю.

Эолин парализовало от ужаса. Она не могла двигаться, она не могла думать, пока демон Наэтер приближался. Посох выскользнул из ее пальцев. Кристаллический свет погас. Тьма окутала лес. Ужасное урчание существа гудело в ее ушах.

Эолин.

Это был голос ее отца, подумала она, или голос ее брата, зовущий через пустоши мертвых, предвкушающий ее возвращение в их объятия.

Эолин!

Она моргнула, узнала голос и поняла.

В мгновение ока Кел'Бару освободился из ножен. Металл зазвенел, когда Эолин замахнулась. Кел’Бару врезался в туловище существа. Вязкая плоть разошлась и отпрянула от оружия.

Закончи это.

Голос Кел’Бару был как голос Акмаэля, мальчика, который пытался научить ее сражаться и убивать.

Сжав обеими руками рукоять, Эолин провела галийским мечом по животу существа, выпустив грязную реку чернильной крови.

Монстр вскрикнул и упал, схватившись за рану.

Никогда не оставляй противника полумертвым.

Она устремилась к демону и наносила удары снова и снова, вонзила клинок в его грудь, рассекла плечо, отрубила ему голову, конечности, разрубая зверя на столько частей, сколько могла, пока Бортен не появился рядом с ней, зовя ее по имени и вырывая из бойни.

Переполненная потерей и яростью, Эолин била кулаками в грудь Бортена, пока он крепко обнимал ее.

Рыцарь убеждал Эолин замолчать, целуя ее волосы между словами утешения и мужественно ожидая, пока ярость Эолин не уступит безутешным рыданиям.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Фэрнворн

Маг Кори осмотрел раскисшую вересковую пустошь, обширную равнину, простиравшуюся на север и запад к неизведанным землям. В лужах воды отражалось тусклое небо. Кустарники и травы росли пестрыми зарослями шалфея и красновато-коричневого цвета. Одинокий визг коршуна поднялся над трясиной, а затем погрузился в запустение. Рядом паслись овцы в тишине, которую время от времени нарушал глухой звон колокольчиков.

— Будь оно проклято, — пробормотал Кори и тяжело зашагал по короткому склону.

Беспокойный гул заполнил посох мага, а его малахитовый кристалл зажужжал, как пчелиный улей. На краю этих пустошей можно было ожидать случайных вспышек магии, но Кори не мог отделаться от ощущения, что что-то очень важное ускользало от него.

В течение многих дней он бродил по этой местности, словно сумасшедший отшельник, преследуемый неуловимыми мечтами и бессмысленными видениями в этом заброшенном уголке королевства. Путь его пролегал вдоль северных окраин Мойсехена, от лесов Селен к руинам Берлингена, затем через предгорья Восточного Сурмаэга к Тору Биндеру, где его встретили прохладно скучающие и равнодушные стражи — он планировал рассказать об этом сэру Дростану во время следующего визита в Город.

— Мальчик! — позвал он.