Читаем Меч Севера полностью

Пока Саша говорила, произошло нечто странное. Лиресса стала моргать. Сначала медленно, затем быстрее. В Уилларде тоже происходила какая–то внутренняя борьба: веки дрожали, как у слабоумного, лицо содрогалось, будто нечто пыталось вырваться из–под кожи наружу. Сашино беспокойство переросло в страх.

— Ты ошибаешься, — выпалил Уиллард. — Твоя сестра сказала, что тебя нужно держать взаперти в твоей комнате. Дело в наркотиках, так? Ты торчишь на хашке. Твой разум тебя разыгрывает. Я тебя не сужу, у всех у нас свои проблемы. Но ты не можешь спускаться сюда и рассказывать какие–то дикости. Ты меня понимаешь? Ты не можешь спускаться сюда и рассказывать какие–то дикости! — В его тоне звучало безумие, какая- то нарастающая мания, он был подобен закипающему чайнику.

Саша подняла руки и помассировала виски — ее череп пульсировал. Неужели Уиллард прав? Быть может, после стольких лет злоупотребления всякими веществами, до которых только могли дотянуться ее руки, она в конце концов сошла с ума? Ей уже приходилось страдать галлюцинациями в результате особенно сильной невоздержанности. Но это всегда проходило быстро и не оставляло сомнений в том, что послужило источником. Саша заметила стул со сломанной ножкой, тот самый, что повредили в ночь, когда похитили Лирессу, и поняла со всей уверенностью, что она вовсе не вообразила себе все это.

— Я… приношу извинения, — проговорила она медленно и обдуманно. — Вы правы. Я несу бессмыслицу. Извините меня. Мне нужно выйти наружу и подышать свежим воздухом.

Подобно тому как солнце внезапно выныривает из–за грозовых туч, выражение крайней муки сменилось на лице Уилларда полной безмятежностью. Столь резкая перемена его настроения вызывала у нее такую же тревогу, как и его безумное поведение минутой раньше.

— Выйти наружу? Зачем же, ведь там свирепая буря! Ты вымокнешь до нитки!

— Послушайся Уилларда, дорогая, — добавила Лиресса. Из ее носа потекла темная кровь, но она, казалось, не замечала этого. — На улицах какие–то беспорядки. Почему бы тебе не посидеть здесь немного? Я заварю тебе горячего чаю.

— Нет, честно, я обожаю дождь, — поспешно сказала Саша, глядя, как кровь стекает по подбородку Лирессы и капает на пол, и стараясь при этом не содрогнуться. — Мне просто нужно проветрить голову. Я не уйду далеко, обещаю.

Это было ложью. На самом деле она планировала отправиться далеко — на другую сторону пролива Мертвеца. Хашка, которую ей хватило предусмотрительности спрятать в близлежащем переулке, должна принести ей достаточно денег, чтобы оплатить проезд назад в Сонливию, если ей удастся найти покупателя. Она хотела убраться из этого города как можно скорее, с Амбрил или без нее.

Уиллард не пытался преградить ей путь, когда она проскочила мимо него и выбежала на улицу, в полуденную бурю. Ее темные волосы почти сразу же превратились в облепившие голову мокрые веревки под молотящим ливнем, и она, поднимая тучу брызг, пошла по улице, прижав подбородок к груди и стараясь не обращать внимания на промокшую обувь. Небо осветила очередная вспышка, и, оглянувшись назад, она увидела, как с боковой улицы появились Белые Плащи и повернули на запад, к гавани, хотя за бесконечной пеленой дождя Саша не могла разглядеть причалы.

Приближаясь к переулку, где была спрятана ее заначка, она поравнялась с одной из грандиозных башен, которыми знаменита Теласса. Эта башня была невелика по сравнению с теми, что находились в центре города, она не достигала и половины высоты Обелиска в Сонливии. Девушка задержалась на мгновение, подняв глаза на окутанное дождем здание. Неожиданно входная дверь со скрипом отворилась, и по короткой лестнице, ведущей из башни на улицу, соскользнула одна из служительниц Белой Госпожи. Казалось, что дождь падает вокруг этой бледной женщины, оставляя ее белые одеяния нетронутыми.

Служительница остановилась прямо перед Сашей.

— Возвращайся в свой дом, — холодно сказала она.

— А что происходит? — спросила Саша, отчасти — чтобы выиграть немного времени для размышлений в случае, если последуют неудобные вопросы.

— Беспорядки у причалов. В город прибыл враждебно настроенный чародей. Его скоро обезвредят. До тех пор эти улицы небезопасны.

— Мой дом здесь рядом, — солгала Саша. — Я вернусь в него сейчас же.

Служительница посмотрела на нее бесцветными глазами. Затем она проскользнула мимо Саши и направилась к гавани, исчезнув в конце концов за серой завесой дождя.

Испустив вздох облегчения, Саша покачала головой, так что во все стороны полетели капли воды. Переулок, манивший ее к себе, был уже рядом. Она собиралась припустить туда, но заметила, что дверь башни слегка приоткрыта. Служительница не затворила ее за собой.

— Не глупи, — прошептала она себе.

Никто не знал, что находится в этих парящих башнях. Или если и знал, то никогда об этом не говорил. Служительницы Белой Госпожи были загадкой, но они — далеко не единственный секрет, который хранил этот город за своим ярким фасадом.