— Мы можем вернуться, если хочешь. Может, она выжила. Может, мы сумеем ее выкопать…

— Нет. Пожалуйста, Коул. Все кончено. Она умерла.

Коул открыл рот и будто собирался поспорить, но потом прикусил губу и кивнул. Прежний Коул никогда не проявил бы такой сдержанности, и она снова подивилась переменам, которые произошли в нем. Затем она вернулась мыслями к сестре.

— Прощай, Амбрил, — прошептала она, сдерживая слезы.

К удивлению Саши, Эд, который нес девушку на руках, сжал ее крепче в этот момент, словно в утешение.

Они поспешили дальше, почти не говоря друг с другом, поскольку дождь продолжал лить, и те, кто бежал из города, стекались к гавани. Там было уже полным–полно народу, когда они наконец добрались, промокнув насквозь и задыхаясь, особенно бедняга Деркин. Пожилая женщина замахала ему, и он, оторвавшись от группы, подошел к ней и, когда она принялась душить его в объятиях и целовать, стал бурно протестовать.

Несмотря на шторм, несколько кораблей были уже полны горожан, которые искали убежища в открытом море. Те, кто уже оказались на кораблях, смотрели с сочувствием на переполненные причалы. Никому не хотелось находиться на твердой земле, если откажут городские фундаменты.

Эд нес Сашу по промокшим деревянным доскам, из которых были сделаны причалы, а Саша смотрела на пенящиеся зеленые воды. Оглядывая плавающие в гавани суда, она заметила сквозь серую дымку тумана приближающиеся большие корабли, хотя из–за бесконечных потоков дождя она не была уверена, что действительно видит их.

Капитан одного из небольших суденышек наклонился через поручни и помахал толпе, ожидавшей на пристани.

— Не стоит терять голову! — крикнул он. — В гавань возвращаются другие корабли. По крайней мере еще три. Постойте- ка, уже четыре. Обождите… что за чертовщина?

С тех кораблей, что оказались дальше, пассажиры могли хорошенько рассмотреть приближающиеся суда, и там поднялся гул. Затем над причалами понеслись крики, и, словно паводковая вода, поднялась паника, когда толпа наконец увидела, что приближалось к городу.

— Давай подойдем поближе, чтобы посмотреть, — предложил Коул, и Эд протолкался сквозь толпу.

Саша тесно прижалась к огромному простаку, и, пока он пробивался к кромке причалов, она, подняв глаза, увидела большую ворону, парящую наверху, с сильно поврежденными крыльями и опаленными перьями, словно она попала в огонь.

Коул с ужасом ахнул, и Саша переключила внимание на гавань. Мгновением позже у нее перехватило дыхание. Люди вокруг них кричали. Многих рвало — они разглядели, что надвигалось на них по морю.

Призрачный флот был лишен и команды, и пассажиров, по крайней мере живых. На кораблях были одни головы. Сотни голов, уложенных в высокие жуткие пирамиды, их выеденные червями глаза невидяще глядели над землистыми щеками, которые начинали зеленеть от гнили.

Все больше кораблей появлялось в зоне видимости, и все они несли тот же наводящий ужас груз. Мертвецы, должно быть, исчислялись тысячами, это были мужчины и женщины, которые всего лишь несколько месяцев назад отправились в плавание из Сонливии, мечтая о несказанных богатствах или просто о теплой еде, которая наполнит животы их семьям.

— Первопроходцы, — оцепенело проговорила Саша, едва не задохнувшись от желчи.

Корабли, отправленные к Небесным островам, вернулись.

ЛУЧШИЙ ЧЕЛОВЕК

Приближаясь к холму, сэр Мередит согнул руку и восхитился силой, которую ощутил в ней. Шранри превосходно справилась с ужасной раной, которую он получил в Зеленых Дебрях. Пальцами, столь же гибкими, как и ее язык, чародейка соединила кость и почти мгновенно закрыла рану при помощи магии, которая сняла боль. Теперь, всего лишь через несколько недель после трагедии, он уже восстановился до своей наилучшей формы.

Стражи западных ворот жались с несчастным видом к стене, пытаясь укрыться от жалящего ветра, который принес с собой бесконечные снегопады. Сэр Мередит, глядя на них, презрительно усмехнулся под своим шлемом, поражаясь недостатку умственного развития, вынуждающему человека заниматься такой черной работой. Он надеялся, что эти двое выполняли свои обязанности с большим энтузиазмом, чем предыдущие стражники, тела которых он видел в яме с трупами, проходя мимо. Толстый покров снега скрыл их раны, и сэр Мередит испытал некоторую досаду. Ему приятно было бы полюбоваться делом рук своих.

Красный Рейн поравнялся с ним, когда он поднялся до половины холма. Бросив взгляд на лицо этого жалкого типа, сэр Мередит убедился, что тот опять торчит на джхаэлде. Сэр Мередит с отвращением покачал головой и проигнорировал приветствие, которое пробормотал Рейн. Являться к королю в таком состоянии могла позволить себе только совершенно омерзительная личность. Правда, следует признать, что ни один из них не должен был сегодня присутствовать рядом с Кразкой.