Читаем Меч Севера полностью

В голове у Кейна зашумело — его ум напряженно искал выход из положения. Впервые со дня погребального костра Шамана он чувствовал себя поистине бессильным. Он подумал о Мхайре, и его глаза наполнились слезами. Он уже так близко сейчас к Высоким Клыкам. Он не боялся смерти, не боялся ее уже много лет, но не хотел умирать, не увидев лица Мхайры еще раз.

Не сказав своему сыну, что сожалеет.

Пятибрюхий приложил зазубренное лезвие мачете к запястью Кейна.

— Будет больно, но я предупреждаю: станешь суетиться, и я сделаю с тобой то же, что с тем щеголем Гластоном…

Пятибрюхий охнул, и что–то брызнуло в глаза Кейну. Оно было теплым и влажным, и понадобилась вся его сила воли, чтобы не пошевелить свободной рукой и вытереть лицо. Вместо этого он отчаянно замигал. Когда в глазах прояснилось, он увидел, что из чудовищного брюха бандита что–то торчит. Это был наконечник стрелы, блестящий от крови. Он пробил его сзади и прошел почти по прямой сквозь тело.

Секундой позже Пятибрюхий опрокинулся на спину и завизжал. Быть может, Кейн только вообразил себе это, но ему показалось, что земля дрогнула, когда непомерная груда шмякнулась оземь.

Над холмом показались два знакомых лица, одно — в шрамах от ожогов и очень недовольное, другое — молодое и веснушчатое.

— Вы вернулись, — выдохнул Кейп.

Джерек нахмурился и поскреб короткую бороденку.

— Брик сказал, что ты на грани. Я провел два года, спасая твою жалкую старую задницу. Ну и подумал, что такое — выручу еще разок.

— Я сказал ему, чтобы убегал, — заявил Кейн, кивая на Брика.

Мальчик смотрел на Пятибрюхого со странным выражением на лице.

— Парнишка был полон решимости помочь. Думаю, он почти так же упрям, как и ты. — Джерек сощурился на Пятибрюхого. — Какого хрена, Кейн? К тебе подобрался этот мешок дерьма? — Волк засадил поверженному бандиту сапогом под ребра. Пятибрюхий дернулся и застонал. — Задницу такого размера даже твои бесполезные старые зенки должны были углядеть за милю.

— Я стал небрежным, — ответил Кейн.

Он стал старым и слабым — вот в чем правда. С неимоверным усилием он поднялся на ноги.

— Где остальные?

— Поджидают впереди, — рассеянно произнес Брик. — Мне его прикончить? — Мальчик потянулся к своему колчану.

В голосе Брика прозвучало нечто такое, чего Кейн не слышал раньше и что ему не очень понравилось. Убийство — оно бывает разным, и, хотя Кейн мог понять жажду мщения парнишки, здесь пролегала черта, переступив которую человек менялся навсегда.

— Я сделаю это сам, — устало сказал он.

Кейн потянулся через плечо, чтобы извлечь свой двуручный меч, но Джерек положил на его руку свою, не дав ему это сделать.

— Вы вдвоем идите, — прорычал Волк, сжимая топоры и вперив в Пятибрюхого взгляд, от которого стыла кровь. — Я догоню. За этим хреном передо мной должок, который нужно погасить.

Небо уже темнело, когда они нашли Хрипуна и Яну Шах Шан возле менгира, который почему–то опрокинулся. Это было перед крутым подъемом, который затем резко шел вниз. Яна опасно балансировала на грани поверженного камня, стоя на цыпочках одной ноги с широко разведенными в стороны руками и головой, повернутой к луне.

— Медленно, — произнесла она спокойно, не шевелясь. — Не напугайте их.

— Не напугать кого? — спросил Кейн.

Он встретился взглядом с янтарными глазами Хрипуна. Немой гигант сидел на упавшем камне, оперев локти на колени, с угрюмым выражением на грубоватом лице. Он с извиняющимся видом пожал плечами и кинул булыжник в скалу в двадцати футах от него. Если судить по груде камней, набросанных возле его мишени, он занимался этим уже довольно долго.

— Не напугать кого? — повторил Кейн, добравшись до менгира, но, когда в поле его зрения оказалась впадина, он увидел, что имела в виду Яна.

На каменистой земле сидела большая группа сбившихся в кучку детей. Он насчитал по меньшей мере два десятка, все они были сильно исхудавшими и покрылись глубоко въевшейся грязью. Бедняжки выглядели более изможденными, чем он сам. У некоторых детей был загнанный вид, что напомнило ему о Пятибрюхом, и многие из них тут же подались назад, когда он показался на гребне.

— Не бойтесь, ребята! — крикнула Яна, когда Джерек и Брик присоединились к Кейну на гребне холма. — Эти мужчины друзья.

Дюжины глаз уставились на них троих. Яна спрыгнула с камня, перевернувшись в воздухе, и приземлилась на ноги с грацией кошки. Несколько детей захлопали в ладоши. Большинство продолжали смотреть на вновь прибывших с тревогой.

— Твое лицо мне знакомо, — донесся нерешительный голос. Сказавшая это была уже, по правде говоря, скорее девушкой, чем ребенком, голубоглазая, светловолосая, похоже, самая старшая. — Ты напоминаешь мне старого короля.

Кейн сощурился.

— Старого короля? Меня зовут Бродар Кейн. Мой сын Магнар правит Высокими Клыками.

Девушка покачала головой.

— Теперь король — Кразка. Мы сбежали из города, чтобы убраться подальше, но Кразка послал за нами своих гвардейцев.

В груди у Кейна сдавило, и он с трудом прохрипел:

— Что случилось с Магнаром?

— Кразка поранил его. Сильно порезал.

Кейн пошатнулся, будто его ударили.