Читаем Меч императора полностью

— Но в этом-то и кроется самая большая угроза. Теперь, если какой-нибудь дух захочет занять тело Хельма, ему придется рассчитывать только на себя. И там, где сильный духом выйдет победителем, это ничтожество потеряет душу.

— М-да, если все настолько серьезно, то милосерднее убить, чем изгнать, — сказал Мидар задумчиво.

— Вот и я о том же! — ответил Фейгур раздраженно. — Да только вождь уперся рогом и ни в какую. Мол, родичу надо дать шанс! Вдруг одумается, пересилит тягу к зелью… Мархузово семя, да для таких, как Хельм, гарлун уже смыслом жизни стал! Э-эх, да чего уж там…

Продолжать неприятный ему разговор шаман не стал: махнул рукой и тяжело зашагал к повозке. Правда, не забыв по пути кинуть кисет с травой ближайшему воину. И тот вопреки его же словам о ненужной отраве мешочек поймал и заботливо спрятал за пазуху. После чего пристально посмотрел на гостя Фейгура. Очень нехорошо посмотрел.

Мидар внутренне содрогнулся и, подхватив Айгуль под руку, двинул за шаманом. Последнее, чего он желал, это принять участие в местечковых разборках. Так что лишний раз мозолить глаза вождю не стоило…

Следующие два дня Кумил вел себя тише воды ниже травы. С чужими не болтал, на стоянках по лагерю не бродил, предпочитал отсиживаться в повозке в обществе Фейгура и его внучки. Уж лучше разговоры про женитьбу, чем непонятные игры дикарских политиков.

Покинуть караван и отправиться в свободное плавание Кумил решился на третьи сутки. Путь гвонков лежал на север, туда, где располагались их поселения, его же манил запад с его потаенными рощами, тайными делянками и заповедными лощинами. Если верить Фейгуру, то не земля, а мечта травозная! И лишь одно заставляло вновь и вновь откладывать время расставания с кочевниками — вокруг было Лихоземье. От одной мысли, что придется остаться наедине со всеми его ужасами, у Мидара мороз шел по коже.

Но нельзя вечно идти на поводу у своей слабости. Во время дневной стоянки Кумил собрал вещи, похлопал по плечу возницу и двинул в хвост каравана. Фейгур с внучкой вызвались его проводить.

Старый шаман был хмур и беспрестанно бубнил об опасностях степи и ужасах дикой магии. Как будто за оставшиеся до расставания минуты возможно научить хоть чему-то толковому. Но сама по себе мысль, что о нем кто-то беспокоится, Кумилу была приятна. Рядом, скорбно опустив голову, семенила Айгуль. В руках девушка вертела пучок листьев стрелоцвета, ловко сплетая их друг с другом и скрепляя узлами. Получался забавный уродец с большой головой, узловатыми ручками и ножками.

— В детстве мы вязали таких же чудиков, — сказал Мидар, тронув степную красавицу за локоть. Та вздрогнула, но работу не прекратила. — И тоже из стрелоцвета. Считали, что они смогут защитить нас от злых сил.

— И как, помогало? — неожиданно заинтересовался Фейгур.

— Что? Детские поделки? — засмеялся Мидар. — Да и зла в цивилизованном мире больше нет, есть только злые люди. А от них самодельными амулетами не защитишься. Правильно говорю?

— Как знать, как знать… — протянул шаман. Затем зажег в ладони небольшое магическое пламя и ткнул в него выхваченным у внучки пожухшим листком. Однако вместо того чтобы вспыхнуть огнем, тот распрямился и словно бы даже позеленел. Убедившись, что Мидар разглядел все в подробностях, Фейгур с хлопком развеял чары. — Сам понимаешь, травознай, травы, они разные бывают. Не зря же ты в Лихоземье за ними пришел. Здесь у каждого цветка своя Сила имеется.

— Действительно, не зря, — медленно произнес Кумил, впечатленный увиденным. В Запретные земли он пришел в поисках всяких редкостей, а получалось, что диковинки прямо под ногами растут. Тут было о чем подумать.

Пока мужчины разговаривали, Айгуль успела закончить фигурку. Осмотрела со всех сторон, что-то подправила, после чего с поклоном подала ее Кумилу.

— Это мне? — удивился Мидар. Сразу же стало стыдно за слова про «детские поделки».

— Да. Хочу, чтобы он защищал тебя от Тьмы, — сказала девушка и залилась краской.

Все это выглядело настолько трогательно, что Мидар смутился. С неловким поклоном принял подарок, попробовал сунуть в карман.

— Нет-нет! — Айгуль замахала руками, заставила повесить фигурку на нитку и повязать на шею.

Девушкам вообще трудно отказывать, а симпатичным девушкам — трудно вдвойне. Единственное, что Мидар сделал, так это спрятал травяного уродца под куртку. Изображать из себя впавшего в детство ему совершенно не хотелось. Однако против этого внучка шамана не возражала.

Возникшую паузу нарушил Фейгур.

— Ну раз уж… хе-хе… один подарок ты получил, держи второй, — сказал он и протянул небольшой кругляш из обожженной глины. На нем был изображен вставший на дыбы шестилап в обрамлении каких-то закорючек. — С этой сигной можешь без опаски путешествовать по землям племени. Покажешь воинам, и они тебя не тронут…

— Почтенный Фейгур, я поражен вашей щедростью! — начал было Мидар, но шаман лишь отмахнулся: