Читаем Меч и перо полностью

Кызыл-Арслан задумался. Он никак не мог предположить, что Гатиба, говоря о женитьбе Абубекра и Талии, опять преследует свои корыстные цели.

У него были свои причины благосклонно смотреть на союз своего племянника и сестры Гатибы.

"Если молодые люди поженятся, Гатиба, возможно, откажется от мысли сделать своего сына наследником престола, - размышлял он. - Кроме того, она оставит меня в покое, выбросив из головы мысль выйти за меня замуж. Это будет уже не нужно ей, ибо она через свою сестру опять породнится с великим родом Эльдегеза. Талиа красивая девушка, к тому же она умна, скромна, воспитанна и являет собой полную противоположность своей сестре Она достойна быть подругой жизни велиахда!"

- Я очень плохо разбираюсь в женской душе и женских чувствах, - сказал Кызыл-Арслан Гатибе. - Мой покойный брат уговорил: "Чтобы понимать женскую душу, надо самому обладать женской душой". Поэтому пусть мелеке сама при случае поговорит со своей сестрой, расспросит ее и узнает ее чувства, а я постараюсь узнать мысли Абубекра.

Гатиба, пообещав поговорить с сестрой, ушла. Кызыл-Арслан ждал прихода Абубекра, который должен был рассказать ему о положении в Северном Азербайджане, из поездки по которому он недавно вернулся.

Велпахл, войдя в комнату, поцеловал руку Кызыл-Арслана и отступил назад на шаг, ожидая его приказаний.

- Присаживайся, сын мой, - сказал Кызыл-Арслан, задумчиво глядя на Абубекра.

Велиахд сел в кресло напротив хекмдара. Он волновался, так как впервые докладывал обстановку в государстве.

- Я хочу, чтобы ты прежде всего высказал свои мысли относительно Ширванского государства,-попросил Кызыл-Арслан.

- Ширван - это сложная проблема, - начал Абубекр. - Пока это государство существует отдельно от Арана, разногласия между нами и ширваншахом будут все больше обостряться.

По существу Ширван - это часть Северного Азербайджана, но у ширванского народа свои обычаи и традиции, отличные от наших. Да, Ширван - это Азербайджан, думать иначе - значит глубоко заблуждаться. Если бы мы могли как-нибудь мудро разрешить вопрос о престоле в Ширванском государстве, тогда столицу Северного Азербайджана можно было бы перенести в Ширван и сделать ее столицей всего Азербайджана.

Мысли Абубекра понравились Кызыл-Арслану. Он поднялся и поцеловал его в лоб.

- Молодец, сын мой! Правильно рассуждаешь. А теперь скажи мне, что ты думаешь о связях Северного Азербайджана с Южным.

- Естественно, один народ не может иметь два правительства. Но элахазрет должен сделать все, чтобы культура Северного Азербайджана распространялась на Южный. Мысль о том, что культура в Азербайджан пришла с юга, навязывается нам арабами и персами. Надо объединить и сосредоточить в одной столице управление Северным и Южным Азербайджаном. Такое объединение явится своеобразным мостом, по которому культура Северного Азербайджана двинется на юг.

- Как жители Северного Азербайджана относятся к династии Эльдегезов?

- Аранцы - гордый, своенравный народ, который не склоняет головы перед бесправием. Ложь и лицемерие у них не в почете. Но к друзьям своим они беспредельно приветливы и добры. От династии Эльдегезов они требуют справедливости и уважения прав народа, чего мы не должны никогда забывать. Я не заметил в Северном Азербайджане недовольства по отношению к политике вашего правительства. Но это не значит, что аранцы довольны буквально всем...

Кызыл-Арслан понял, на что Абубекр намекает. Он отлично знал: переезд Гатибы из Хамадана в Тебриз не мог не породить в народе различных сплетен.

- Ты объяснил поэту Низами, почему я перевез Гатибу-хатун в Азербайджан? - спросил он.

- Да, элахазрет, объяснил. Однако должен сказать вам,такому мудрому человеку, как Низами, нет надобности объяснять столь понятные вещи. Когда я беседовал с ним, он первый сказал мне, что не верит всяким глупым слухам.

- Удалось ли тебе обстоятельно побеседовать с Низами?

- Удалось, элахазрет. На мою долю выпало большое счастье. Я явился в дом поэта, не предупредив его заранее о своем приходе. Мне хотелось лучше узнать жизнь этого человека, поэтому я пришел в час обеда. Поэт пригласил меня к скатерти, с нами был и его сын Мухаммед. Я передал Низами ваше письмо. Прочитав его, поэт дал мне много мудрых советов и наставлений. Я велел моему катибу подробно записать все, что говорил поэт,

Могу прочесть вам...

- Говорил ли поэт что-либо обо мне?

- Читая ваше письмо, он улыбался, порой же хмурился и погружался в задумчивость.

- Поэт знает, как я мыслю. Он не может худо думать обо мне.

- С позволения элахазрета я хотел бы чаще ездить в Гянджу и беседовать с этим мудрым человеком.

- Лучше постарайся уговорить поэта переехать в Тебриз.

- По-моему, это невозможно. Когда я гостил в его бедном доме, он сказал мне: "Уехать из Арана - значит оскорбить мой народ!"

- В каком положении земельные дела?

- Правительство должно заново разделить землю между теми, кто владеет ею, ибо мюлькедары бессовестно грабят крестьян, прикрываясь законами. С крестьян взимают непосильные налоги, из которых ни один динар не попадает в государственную казну.