Читаем Меч и ятаган полностью

Лука Борг понимал, что сына спасать уже поздно, а вот работу еще пока спасти можно, а значит, обеспечить пропитанием оставшихся членов семьи.

– Зачем? Николо не вернуть. Я не смогу поплыть за ним. Я даже не смогу говорить с этими людьми. Ты все видела, вот и расскажи им. Потом придешь и расскажешь, что они решили. – С этими словами Лука взвалил на плечи свой инструмент и побрел обратно на холм.

Паж отвел Марию в форт Сант-Анджело. У ворот он передал ее другому пажу, который провел Марию во двор и приказал ждать, а сам поспешил в замок. Вскоре она повторила всю историю другому рыцарю, энергичному испанцу в полудоспехе. Через пять минут из Биргу выдвинулся патрульный отряд. Марии они казались сияющими грозными ангелами, которые обязательно найдут способ спасти ее брата. Она ждала, сидя на скамейке и болтая ногами, еще не достававшими до земли. Прошел час, другой. Рыцари приходили и уходили, не обращая на нее внимания. Они никогда не замечали мальтийцев, это Мария знала, потому что рыцари в открытую презирали местных жителей. Она ждала, смотрела, кусала губу. Через два часа патруль вернулся. Застывшее в трупном оцепенении тело корсара было перекинуто через круп одной лошади, тело Бартоломео болталось на другой.

Мужчины ушли внутрь, и все затихло. Она подумала, что они собираются идти на галеру, но никому до нее не было дела. Наконец снова появился испанский рыцарь:

– Иди домой, дитя. Теперь уже ничего не поделаешь.

– Вы что, не пошлете в погоню корабль? – пораженно прошептала Мария.

– Догнать их можно разве что на галере с крыльями. И даже если бы она была у меня, куда бы я ее отправил? Где их искать? Может, они тебе сказали?

– Но вы должны хотя бы попытаться!

– У великого магистра есть дела поважнее, дитя, он не будет посылать галеру из-за такой ерунды.

– Ерунды?! Это мой брат! – Мария едва сдерживала слезы.

Все, абсолютно все, от капумастру и рыцаря на пристани до этого человека, приводили ее в ярость. Высокомерные господа не понимали, как это важно, им было все равно!

– Я должна поговорить с великим магистром! – не сдавалась она.

– Иди домой! – повторил рыцарь, теряя терпение. – Жискар, убери отсюда этого мальчишку!

Паж грубо схватил ее за плечо и потащил к воротам. Ворота с грохотом захлопнулись, и Мария оказалась на улице.

– Вы должны послать корабль! – кричала она, колотя кулаками в ворота. – Слышите меня?

– Уходи! – раздался из-за ворот сердитый голос Жискара. – А то я тебе нос отрежу!

– Черта с два! – вопила Мария. – Я не уйду, пока не встречусь с великим магистром!

Схватив с земли камень, она начала стучать им по воротам. Паж распахнул ворота и толкнул ее. Мария попыталась удержаться на ногах, но снова упала в грязь, уже который раз за этот день.

– Я не хочу делать тебе больно, – прошипел Жискар, – но следующий раз придется!

Ворота снова захлопнулись. Мария тщетно пыталась найти какой-нибудь другой вход, но крепость была неприступной.

Еле живая от усталости, она снова побрела на пристань. Подошла к рыбаку и пообещала, что будет работать на него бесплатно до конца жизни, если он хотя бы попытается найти Нико. Тот рассмеялся ей в лицо и сплюнул себе под ноги. Мария была поражена тем, насколько все были равнодушны. Никто не собирался ничего делать. Всем было наплевать. Сплошные трусы!

Отца она видеть не хотела, да и что проку от ее новостей. Она бесцельно бродила по улочкам Биргу, лабиринт которых почти не изменился со Средневековья. Узкие улочки пересекались под странными углами, за каждым поворотом оказывался еще один поворот. Такой принцип градостроительства защищал города от нападений. Большинство главных улиц выходило на городскую площадь, куда можно было загнать неприятеля и окружить его. Со всех сторон возвышались стены, словно Мария шла по каньону, только с узкими высокими окнами и балконами. В некоторых местах солнце появлялось всего на несколько минут в день, а в некоторые вообще не заходило. Мария даже не заметила, как оказалась на площади, посреди которой возвышалась одинокая башня с часами. Вечерело, тени становились все длиннее. Этот ужасный, долгий день подходил к концу. Она зашла в церковь и постояла посреди нефа, потом зажгла свечку, встала на колени перед алтарем и начала молиться. Заставь их выслушать меня, Господи! Заставь их помочь Нико! Скажи мне, что делать!