Читаем МАВР полностью

– Какой у нас запас систем стабилизации? – спросил Михаил.

– Секунд 12 у ретранслятора, и вдвое больше у МАВРа, – ответил Илья.

Система стабилизации представляла собой миниатюрные термокаталитические двигатели, работающие на гидразине. Они должны были использоваться для позиционирования ретранслятора во время вещания и для вертикальной стабилизации посадочного модуля во время посадки.

– Сколько мы можем отдать на корректировку траектории, если решим, что попыток стабилизации у каждого будет по одной?

– Миша, так не делается… – попытался возразить Александр.

– И все-так сколько?

– 10 секунд у ретранслятора и, наверное, 18-20 у МАВРа.

– Так, хорошо… Выдай 8 секунд ретранслятору, этого все равно не хватит для остановки, но возможно он провисит на пару часов дольше. И 15 секунд МАВРу. Дальше будем смотреть по факту.

***

Загрузка завершена.

МАВР очнулся. Гироскопы отмечали небольшое угловое вращение по всем осям, камеры кругового обзора показывали темноту без каких-либо признаков предметов или звезд. Внезапно МАВРа дернуло, и вращение прекратилось.

– Я жив! – подумал МАВР. – И я нахожусь на спускаемой платформе, которая только что отделилась от разгонного модуля. Вокруг меня подушки безопасности, они закрывают камеры, и они целы. Сработала система стабилизации, и сейчас должны включиться двигатели платформы, уводящие меня с траектории столкновения на круговую вокруг Луны.

МАВР еще раз дернуло, и акселерометр показал наличие постоянного ускорения – двигатели запустились. Пока все соответствовало программе полета.

Перед отделением спускаемой платформы от разгонного модуля должен был отделиться ретранслятор.

– Нужно попробовать с ним связаться – МАВР включил радиопередатчик и практически сразу же поймал волну ретранслятора.

– На связи! – радостно прокричал МАВР и выпалил вдогонку строку с телеметрией.

Через несколько секунд невидимый голос сверху ответил:

– Отдыхай.

МАВР послушно перешел в режим энергосбережения, просыпаясь каждые 10 минут, передавая данные телеметрии и снова засыпая. Так продолжалось целые сутки, пока расстояние между разлетающимися в разные стороны МАВРом и ретранслятором не стало слишком велико для поддержания стабильной связи. МАВР ничего не знал о том, что при разделении с разгонным блоком была допущена трехсекундная ошибка. Поэтому после планового отключения от ретранслятора спокойно запустил таймер сна еще на два дня, которые требовались по программе полета для выхода на траекторию посадки.

– Проснись! – голос сверху внезапно разбудил МАВР.

Таймер показывал, что до планового подъема оставалось еще 2 часа. Но датчики инерциальной системы отсчета утверждали, что посадочный модуль уже начал снижение. МАВР попытался связаться с ретранслятором, удалось. Сигнал показался неустойчивым, а полученные с ретранслятора собственные координаты сильно отличались от расчетных. Координаты ретранслятора также не совпадали с плановыми – вместо того чтобы висеть над МАВРом вертикально, ретранслятор медленно скользил по небесной сфере и постепенно увеличивая скорость. Ретранслятор падал. МАВР быстро поздоровался и передал в эфир телеметрию, не забыв обратить внимание на параметры сигнала и новые координаты.

Ответа не последовало. Это означало, что следовало готовиться к посадке.

МАВР сконцентрировался на приборах и увеличил частоту передачи телеметрии. Вертикальная составляющая скорости начинала расти, сейчас должны были включиться тормозные двигатели. МАВР терпеливо ждал, он не мог знать, что топливо в двигателях посадочного модуля уже израсходовано, а оставшегося топлива в системе стабилизации оставалось на 2-3 импульса.

Скорость падения приблизилась к отметке в 100 км/ч, тормозные двигатели не включались. МАВР понимал, что происходит что-то не так, но повлиять на ситуацию у него не было никакой возможности.

Внезапно сработал лазерный дальномер, установленный на нижней части посадочной платформы. 500 метров – 400 – 300, МАВР тряхнуло, подушки безопасности выскочили из своих контейнеров и надулись сжатым газом. Сработала система стабилизации, но один из двигателей, чихнув пару раз, внезапно выключился, не успев компенсировать крен на левый борт. Остальные двигатели попытались стабилизировать аппарат, но не успели полностью исправить ситуацию – топливо кончилось. МАВР успел заметить, что за секунду до удара скорость падения составляла 152 км/ч. В соответствии с программой МАВР отключился.