Читаем Мастер сновидений полностью

— Тогда зайдите завтра утром ко мне, я живу в трактире Джурга, и мы обсудим список необходимого.

— Всенепременно. — И опять кланяется.

Великий магистр очнулся от холода… Он лежал абсолютно голый на холодном каменном полу своего кабинета в Академии, свернувшись калачиком, и дрожал. Его зубы выбивали дробь, а руки и ноги затекли, дрожали и плохо гнулись. Хуже всего было то, что Великий не помнил, как и почему он сюда попал. Окно кабинета начало светлеть, скоро должен был наступить рассвет.

Великий с большим трудом встал с холодного пола и, пошатываясь, подошел к окну:

"А какое, интересно, сегодня число?"

Последнее, что он помнил, это как он спускается по крутой лестнице своего дома к себе в подвал, запирает за собой шлюзовые двери и раздевается. Потом…, что было потом, помнил уже Зверь, но обычно он не хотел делиться своими воспоминаниями с Великим. Вот и в этот раз воспоминания обрывались в тот момент, когда Великий судорожными движениями снимал с себя рубашку.

За окном между тем все больше и больше светлело… Великий протянул руку к окну, чтобы закрыть чуть приоткрытую раму, и ужаснулся… его руки были все в запекшейся крови… Зверь внутри великого засмеялся, если он, конечно, мог смеяться. Великий бросился в маленькую комнатку, скрытую от посторонних глаз за панелями стены. В этой маленькой гардеробной он держал запасную одежду, зонтики и сапоги, на случай дождя, ну и прочие мелочи. В небольшом зеркале отражался голый, мускулистый человек с всклокоченными, свалявшимися в грязный колтун волосами. Все лицо, руки, ноги и тело было в запекшейся крови.

Великий в ужасе отпрянул от зеркала. Возле стола в кабинете в большой вазе сиротливо стояли чахлые цветы, но главное в вазе была вода, немного, но была. Ее хватило только отмыть кровь с лица и с кистей рук.

"Домой, надо быстрее бежать домой!" Он кое-как нацепил на себя, хранящийся в шкафу, парадный мундир. Не известно как попавшие в шкаф, заляпанные еще весенней грязью сапоги, зимние, на меху перчатки и шляпу с широкими полями. Уже выбегая из кабинета, схватил с вешалки забытый им еще с зимы плащ.

"Пресветлая богиня, помоги! Помоги добежать до дома и никого не встретить по дороге! Помоги!" И Великий принялся шептать про себя благодарственную молитву Пресветлой богине, других молитв он не знал, и сейчас горько об этом жалел. То ли богиня и вправду услышала его молитву, то ли в такой ранний час в коридорах академии и на улицах почти никого не было, то ли Великому просто повезло, но до своего дома он добрался без приключений… Он хотел было по привычке войти через парадный вход, но вовремя сообразил, что ключей-то у него нет, а если звонить в дверь, то неизвестно, жив ли еще его слуга?

Великий быстрой рысцой обогнул дом и подошел к одной из декоративных ниш в высокой каменной ограде. Пара хитрых узелков и каменная кладка приняла свой настоящий вид маленькой дверки и с тихим шуршанием открылась, еще одно плетение у скрытой дверки в дом, укрытой от любопытных глаз за пышным кустарником, оплетающим всю стену дома, и Великий уже на потайной лестнице, ведущей прямо в его спальню. Именно такая потайная калиточка с лесенкой, а также огромный и глубокий подвал, повлияли в свое время на выбор Великим именно этого дома.

Через полчаса Великий, уже в нормальном костюме и домашних туфлях, чисто отмытый от покрывавшей все его тело запекшейся крови спустился вниз. Единственный его слуга был жив и наводил порядок в комнатах внизу. Расспрашивать его Великий ни о чем не стал, жив и ладно, одной проблемой меньше, не нужно искать нового. Больше всего его волновала проблема, как Зверь выбрался из подвала?

Когда, много лет назад, это произошло первый и, как надеялся Великий, в последний раз, он поставил на лестнице в подвал хитрые шлюзовые двери. Если открыта дверь на лестницу ведущую вниз в подвал, то открыть нижнюю дверь нельзя, она полностью блокируется. И открывается вехняя дверь, только если закрыта нижняя и наоборот, и если открыта нижняя, то нельзя открыть верхнюю. То есть одномоментно можно открыть только одну дверь. И от каждой двери только один ключ, да еще и хитрый запор, который можно открыть только ловкими человеческими пальцами.