Читаем Мастер снов полностью

Я сел напротив, намеренно отдалившись, и несколько секунд рассматривал их, чтобы составить впечатление. Далеко не богаты, но стараются выглядеть достойно. Одежда довольно приличная, а в платье женщины даже виден некий изыск – скорее всего, шила сама. Светло-русые волосы мужчины аккуратно подровнены, но сделано это явно не в дорогом салоне, по всей видимости, стригла жена дома. Лица приветливые, открытые, симпатичные, хотя следы усталости и тревоги легли под глазами тенями и мелкими морщинками, приопустили уголки губ. Знакомое выражение.

Пришли просить не за себя. И я их последняя надежда. Вернее, последняя надежда женщины, в ее голубых глазах, красиво оттененных синевой платья, светится отчаянное упование на всесильных мастеров сна. Ее спутник настроен более скептически. Не доверяет, насторожен. Плечи под тщательно отутюженным пиджаком напряжены будто каменные, челюсти сжаты, светло-ореховые глаза под густыми бровями смотрят недоверчиво.

Впрочем, я его понимаю. Можно только догадываться, скольких эскулапов ему пришлось пройти, чтобы наконец оказаться в моей пыльной, полутемной гостиной.

– Целер сновидящий… – Гостья решилась первой нарушить молчание, но я перебил ее с улыбкой:

– Называйте меня просто Мэтт. И мне было бы приятно знать ваши имена.

– Лидия.

– Саймон, – сухо, хоть и вежливо произнес мужчина.

– Мэтт… – Еще одна попытка, и снова тишина, стало слышно, как Хэл на кухне звенит посудой, девушке не терпелось быстрее присоединиться к нам, чтобы присутствовать при разговоре.

– Кто в вашей семье болен?

Женщина разомкнула губы, посмотрела на мужа. Но того не удивил этот вопрос, последовавший за недолгим наблюдением, и он продолжал не слишком любезно сверлить меня взглядом.

– Сын, – сказала Лидия, и в ее приятном голосе зазвучала решимость человека, давшего себе слово биться до конца с препятствиями и жизненными сложностями. – Ему шестнадцать. У нас с собой медицинская карта. – Она начала открывать сумочку, но я остановил ее жестом.

– Расскажите, что с ним.

– Раскалывание рассудка, – жестко произнес Саймон. Он напряженно ждал моей реакции, пытаясь определить, насколько сложную задачу они мне задали и не спасую ли я перед ней сразу.

Хэл, появившаяся в комнате с подносом в руках, конечно же не сдержалась и заявила в своей категоричной манере:

– Но сейчас это лечится и без сновидящих. В обычных клиниках.

– Моя ученица, – пояснил я, принимая неизбежность ее стихийной активности.

– Все началось, когда Эйсон был у моих родителей. Они боролись, как могли, потом подключились мы, но тоже ничего не сумели сделать. Лекари оказались бессильны… – Лидия рассеянно следила за девушкой, с космической скоростью расставлявшей чайный сервиз на столе. Кивнула благодарно, когда перед ней оказалась чашка с чаем, немного выплеснувшимся на блюдце, поставленная решительной, хотя и не слишком бережной рукой. – И мы уже были у сновидящего в мегаполисе два месяца назад.

– Каковы результаты лечения?

– Эйсон впал в кому. – Во взгляде мужчины промелькнула боль. – И находится в ней уже месяц.

– А что, бывает такой эффект? – Хэл уселась между мной и клиентами, подтолкнула к ним вазочку с печеньем. – Угощайтесь.

– Иногда бывает, – ответил я, замечая, что гости начали невольно расслабляться в присутствии моей ученицы, умело изображающей раскованную непосредственность. – Уверен, мой коллега сделал все, что было в его силах.

Саймон недоверчиво хмыкнул.

– Среди нас нет шарлатанов, – продолжил я мягко. – Нет желающих нажиться на бедах других, и нет недобросовестных специалистов.

– Моя мать говорила, здесь жил очень сильный сновидящий, – тихо произнесла Лидия, глядя в чашку. – Почти Гипнос. И когда мы узнали, что дом вновь открыт, решили попытаться еще раз. Скажите, вы нам поможете?

Она подняла голову, посмотрела на меня с отчаянной надеждой. Лучик солнца, заглянувший в комнату, заиграл на ее волосах, и они вспыхнули золотистым венцом.

– Я помогу вам.

Женщина улыбнулась, ее муж, несмотря на свою недоверчивую сдержанность, тоже расслабился, свободнее расположился на стуле.

– Но должен предупредить. Я буду действовать исключительно в интересах пациента.

– Да, конечно! – воскликнула Лидия.

– Нет, вы не понимаете. – Я остановил ее радостный порыв. – В интересах вашего сына, а не в ваших. Если он стремится выйти из комы, я выведу его. Если захочет выздороветь, я исцелю его. Но если Эйсон решит умереть, я помогу ему.

Они испугались. Все сидящие за столом, включая Хэл, посмотрели на меня так, словно увидели впервые.

– Умереть? – прошептала Лидия, сжимая чашку с таким напряжением, что ее пальцы побелели. – Он не может захотеть такого.

– Кома – разновидность сна. Вашему сыну было мучительно тяжело в реальности. Он страдал. И погрузился в мир, где не испытывает боли, отчаяния и страха, который внушала ему болезнь.