– Боюсь, что ты просто себя успокаиваешь, – не поверила Татьяна. – Тебе нужен выброс эмоций. Знаешь, такой разряд, который тебя обнулит, после чего заживёшь новой жизнью! – эмоционально говорила она, а я равнодушно слушала. – У меня есть хороший психолог. Хотя нет, тебе нужен не психолог, а… йог, – она щёлкнула пальцами в воздухе, будто её осенило, – точно, йог, который раскроет твой внутренний мир, – в этот момент я подумала о Максе, – и…
– Таня, я действительно довольна, что рассталась с Владом, – сказала как можно медленнее. – Ты слышишь?
– Вероника, – вздохнула она, – вы были прекрасной парой. Мне очень жаль, что у вас ничего не получилось.
– Жалость – удел неудачников, – я улыбнулась. – Не надо никого жалеть, особенно меня.
– Ну ты, как всегда, скажешь так, что не знаешь, что ответить.
– Мне кажется, сегодня твой день. Наслаждайся своим праздником.
– Вероника, ты что, обиделась?
– Я никогда и ни на кого не обижаюсь. «А такие, как ты, вообще проходят мимо моего поля зрения», – продолжила мысленно. Добавила вслух: – У меня есть куда потратить мысли и эмоции. За тебя! – и подняла бокал.
Мы чокнулись, и я пошла от неё подальше. Сколько знаю, всегда считала её адекватной женщиной. Но как одна фраза может изменить отношение к человеку и нравственно понизить в моих глазах. Терпеть не могу, когда лезут в мою личную жизнь и делают тупые выводы, примеряя к своему инстаграмному мозгу мою жизнь.
Когда официальная часть была закончена и публика расслабилась, я отправилась в дамскую комнату.
Как только туда зашла, погас свет. Кто-то, войдя за мной, захлопнул дверь.
– Кто это?! – испуганно спросила я.
Незнакомец ничего не делал. Хотела пройти к двери, но, наткнувшись на него, тут же дёрнулась назад.
– Включите свет!
Мне было слышно лишь его дыхание. Старалась открыть глаза как можно шире, чтобы разглядеть человека. Но стояла такая темнота, что это было совершенно невозможно сделать.
– Макс, это ты? Знаю, что ты… Почему молчишь? Ответь, мне страшно!
Это однозначно был Макс. Я узнала его запах, дыхание, ауру, но всё равно было жутко. А вдруг не он? Незнакомец стоял и ничего не делал. Решила открыть сумочку, чтобы достать телефон и посветить фонариком. Он вырвал её у меня из рук.
– Что ты делаешь?!
Он молчал. Дыхание зверя пугало меня и в то же время пробуждало желание.
«К чему сейчас это? – подумала я. – Вероника, держи себя в руках… не поддавайся его игре».
Как только промелькнула эта мысль, услышала звон цепей и стало ещё страшнее…
– Макс, не смей… не смей, слышишь?! Буду кричать… ты пугаешь меня. Я не прощу тебе этого.
А он как будто специально меня запугивал, играл цепями, создавая единственный звук в этом помещении, будоража до мурашек.
– Макс, прекрати! Прошу тебя, открой дверь!
Снова сделала шаг, чтобы выйти, но он схватил меня и резким движением развернул к себе задом. Тазом прижал к столешнице, где находилась раковина. Его упирающийся в меня член вытягивал моё возбуждение и сбивал сопротивление. Низ живота наполнился приятной тяжестью. Я должна была предотвратить своё очередное падение. Начала противиться, но он мастерски взял мои руки и сцепил за спиной. По ощущениям это было похоже на широкие кожаные наручники, но при каждом движении они царапали спину. Я провела пальцами и почувствовала сверху металлические шипы.
– Макс, знаю, что это ты! Только у тебя могут быть эти извращенческие вещи.
В ответ незнакомец надел на меня ошейник. Он был не сильно затянут, но соединялся с наручниками.
– Макс, прошу тебя… только не здесь!
Чувствовала, что ниже наручников ещё есть цепочка. Он, схватив меня за волосы так, что не могла пошевелиться, задрал платье, отодвинул трусики, плюнул на руку и смазал между ног, даже чуть выше влагалища. Всё это делал грубо и резко, дыхание при этом было глубоким и сосредоточенным. Это возбуждало ещё сильнее. Я была уже мокрая и даже подумала, что мог бы и не плевать.
«Как моё тело так быстро реагирует на него?»
Но спустя мгновение поняла, зачем он это сделал. Почувствовала возле входа в попку холодный металлический предмет.
– Макс, нет! – дёрнулась, но мне стало больно, я поцарапала себя шипами от наручников.
– Прошу тебя, пожалуйста, не надо!
Он, продолжая держать меня за волосы, наклонился к лицу. Слегка повернул мне голову в свою сторону и прикоснулся щетиной. Это точно был Макс, и я успокоилась.
Металлический предмет нагрелся от кожи, и под небольшим давлением шарик вошёл в попку.
– Макс! – вскрикнула я и задержала дыхание.
Он вставил его дальше. И ещё один шарик, а следом ещё один.
– Макс, прошу тебя! Скажи хоть что-нибудь!
Третий оказался больше предыдущих. Это был металлический крюк, прикреплённый к наручникам. Хотела потрогать, но у меня ничего не получалось. Если тянула вниз, то дёргала себя за шею, если наверх, то крюк в попке натягивался и тело будто пронзало копьё наслаждения.
– Ты извращенец. Не молчи, прошу тебя!
Звук расстёгивающегося ремня, молнии, и шорох спадающих брюк. Он продолжал молчать. От этого я снова начала дёргаться и вырываться.
– Пока не скажешь хоть слово, не дам тебе.